Порочная клятва

Он стонет, после чего внезапно приподнимается и проводит языком по моему соску, заменяя пальцы. Я шиплю, вцепившись в его волосы, но затем он отстраняется, позволяя прохладному воздуху обдуть мою влажную грудь. На его губах появляется голодная улыбка, и когда он ложится обратно, я ожидаю, что он притянет меня к себе, чтобы я прижалась к нему всем телом. Но вместо этого Рэнсом хватает меня за бедра и тянет вверх, поднимая все выше и выше, пока я не оказываюсь верхом на его лице.

Я напрягаюсь, потому что никогда не делала этого раньше.

Парни много раз меня вылизывали, но я никогда не была сверху, не сидела на чьем-то лице, как на троне, будто какая-то королева. Мне становится стыдно даже думать об этом. Я понятия не имею, что делаю, и не хочу причинить ему боль, если сделаю что-то не так.

Я пытаюсь встать и отодвинуться от него, но руки Рэнсома крепко держат меня за бедра.

– Ты не обязан… – Я слегка извиваюсь, качая головой. – Что, если я задушу тебя? Что, если…

Он обрывает меня, крепче сжимая мои бедра.

– Я хочу утонуть в тебе, красавица, – хрипло бормочет он. – Я хочу, чтобы ты вылила мне на лицо все соки, что в тебе есть. Я хочу задохнуться в твоей киске.

Его слова действуют как чертов наркотик, и я не могу сдержать тихий стон, что срывается с губ. Я тяжело дышу, глядя на него сверху вниз. Рэнсом смотрит прямо на меня и ухмыляется.

Он ясно видит, как я возбуждена, несмотря на мои опасения, поэтому высовывает язык и облизывает мое бедро, а после задевает нежную кожу зубами, заставляя меня задрожать.

– Побудь плохой девочкой, – призывает он меня. – Покатайся на моем лице, ангел. Бери все, что хочешь.

Я снова устраиваюсь на его лице, все еще стараясь не причинить ему боль и не перекрыть дыхание. Но позволяю ему получить доступ к своей киске, раскрыть меня еще шире. Он притягивает меня ровно туда, куда хочет.

Когда он впервые прикасается языком к чувствительной плоти, я издаю низкий и глубокий стон. Это так приятно. Рэнсом уже понял, что именно мне нравится.

Он лижет и водит кругами по моим влажным складочкам, погружая свой язык во влагалище и выходя из него, но никогда не проникая полностью.

– О, боже, – выдыхаю я, когда он проводит кончиком языка по клитору, заставляя меня содрогаться. – Рэнсом, как же…

Он посмеивается, но звук заглушается моей влагой.

– Я еще даже не начал, красавица. Я заставлю тебя кричать.

– Черт, – стону я, и низ моего живота напрягается.

Рэнсом не останавливается. Даже не замедляется.