Порочная слабость

Но замерла в ожидании.

Я и не понимала, что слезы катятся из глаз, пока шершавые пальцы не стерли влагу с моих щек.

– Ты моя, Аделина Лехина! – грубовато прохрипел Зверь. – Поняла?

Я понимала. Пусть не совсем, не все и не до конца. Но понимала.

Этот мужчина только что до полусмерти избил человека за то, что тот меня оскорбил. Возможно, для Зверя эти действия были нормой. Для меня… Никто подобного не делал. Разве что Тошик. Но и он не стал бы заходить настолько далеко.

Пришлось кивнуть, когда крепкая рука сместилась с затылка на шею.

Я уже поняла, что этому мужчине нравится сжимать мою голову своими ручищами. Но, что самое странное, боли это не причиняло. Скорее, наоборот.

– Там вода льется, – выдавила я.

Не знаю, о чем именно подумал Заверин, но мои мысли помчались совершенно в непристойном направлении.

Мне было страшно, обидно, горько, но вместе с тем волнительно. За спиной шумела вода, передо мной – полуобнаженный мужчина с полыхающим взглядом. А за стеной – Кирпич и Айболит, которые ждут свое начальство и приводят в чувство побитого Клюва.

Убийственная ситуация. И я бы громко расхохоталась, если бы пронзительные карие глаза не оказались настолько близко, а обжигающее дыхание не коснулось моего рта.

Заверин целовал меня и раньше. Однако сейчас все было иначе.

Я сама потянулась навстречу жадному рту, а потом отступила на шаг назад. Леша потянулся следом, глухо рыча, точно самый настоящий хищник.

И я почувствовала себя жертвой, загнанной в угол, но не испуганной до смерти.

Вода сильными струями било по моему затылку, спине, плечам. Одежда быстро намокла. Пришлось ухватиться за крепкие плечи, чтобы не поскользнуться и не упасть.

Алексей запрокинул голову, позволяя струям смыть следы крови с лица. А я залюбовалась открывшимся видом. И почему я раньше не замечала, насколько красив этот мужчина?

Смахнув ладонью воду с лица, Алексей посмотрел на меня сверху вниз.

– Нужно раны обработать, – прошептала я.

Алексей лишь нахмурился.

Его взгляд жадно скользил по моей футболке, облепившей грудь. Ткань намокла и ничего не скрывала. Даже того, что лифчика на мне не было.

– Ты никогда больше не будешь никому принадлежать, Лина Лехина! – руки Зверя сомкнулись на моей шее, зафиксировали голову так, чтобы я смотрела в его глаза. – Только мне! Я не позволю тебе исчезнуть!

Я с трудом сглотнула. Вода хлестала сплошным водопадом, но она не могла остудить обжигающих прикосновений.