Порог

— Прощай, Прима, — сказал Валентин, включая дальнюю связь.

— Прощайте, командир Горчаков. Прощай, Третья-вовне. Прощай, экипаж «Твена», — ответила Прима. Голос Ракс был спокоен и ясен, казалось, она стоит рядом, в рубке.

— Прощай, Первая-вовне… — прошептала Ксения. Валентин с удивлением увидел, что Третья-вовне закрыла глаза и руки ее вцепились в подлокотники кресла. Она так переживает? Или боится?

— Корабль стабилизирован по оси входа, — сообщила Мегер.

— Включаю генератор… — Валентин осекся. — Гюнтер! Отбор мощности на оружейном блоке!

— Командир! — выкрикнул Гюнтер.

Корабль вздрогнул, когда две лазерные пушки, дав залп, выбросили в пространство остатки отработанных стержней накачки. Корпус «Твена» на миг окутала дымка расходящегося ксенона и нити расплавленного вольфрама — потом их унесло прочь.

Металлическое веретено корабля Первой-вовне осталось на месте. А вот гигантская станция за ним разваливалась на части… нет, не разваливалась — исчезала маскировка, мерцала, теряла яркость, становилась прозрачной.

Вместо изящной, разукрашенной геометрическим орнаментом станции на орбите возникло нагромождение больших и малых отсеков, скрепленное узкими трубами переходов, натянутыми и рвущимися теперь тросами, решетчатыми фермами и кабелями. В общем — обычная станция, не нуждающаяся во внешнем корпусе и построенная сугубо функционально. Часть отсеков выстрелом разнесло в клочья, из пробитых переборок струился воздух.

Валентин вдруг с удивлением понял, что просторных жилых помещений на станции не так уж и много.

У Ракс действительно была великолепная технология проецирования изображений.

— Браво, командир, — сказала Прима. — Браво.

В рубке царила тишина. Ксения повернула голову, посмотрела на Гюнтера. Потом на командира.

Валентин включил связь. Сказал:

— Прошу прощения, Прима. Но ведь это не важно и не имеет никакого значения.

— Я могу переместиться прямо сейчас, — сказала Прима. — И стереть вас вместе с этой реальностью. Вы еще не готовы ко входу в червоточину.

Мегер повернулась к капитану и сделала быстрый жест рукой — будто ныряя куда-то. Теоретически корабль мог уйти в червоточину без включения генераторов Лавуа. Несколько раз этот фокус удавался.

— Я знаю, — сказал Валентин.

— Улетайте, — сказала Прима после короткой паузы.