Порог

Анге никогда не думала, что способна ощущать так много запахов сразу — несколько цветочных нот, прелую землю, запах свежей воды (ручей тек через поселок прайда, кисы не особо любили мыться, но воду пили только свежую), свежее дерево стен, меховое белье, кису в течке…

Анге крутанулась на постели.

Линге сидела на коврике у двери, сложив ноги и положив руки на колени. Короткий хвост был вытянут во всю длину, выдавая напряжение, которого не было на лице.

— Что ты здесь делаешь? — резко спросила Анге.

Личное пространство для кис значило даже больше, чем для людей.

— Я пришла виниться и просить, — негромко сказала Линге. — Если я нарушила твой сон — прости снова.

Анге подтянула одеяло к груди, она спала обнаженной. Тут же подумала, что это нелепо, особенно учитывая, что ее гостья одеждой вообще пренебрегает, и разозлилась. Отпустила одеяло, позволив ему упасть, встала, сделала шаг к Линге — занимая доминирующую позицию и четко понимая, что для кис это значит еще больше, чем для людей.

— Вчера я вела себя неподобающе и нарушила три нормы из восьми, — сказала Линге. — Прости меня, я готова понести наказание.

Гнев Анге начал утихать. Она не знала, что такое «три нормы из восьми», но Линге выглядела искренней.

Девушка села на пол перед Линге. Заглянула кисе в глаза.

— Я прощаю тебя, если ты ответишь. Что вызвало твою нелюбовь ко мне?

— Любовь Криди к тебе, — без колебаний ответила Линге.

— Что? — Анге задохнулась, невольно прижала руки к груди. — Это чушь, Линге! Мы разных видов! Мы физиологически не можем совокупиться!

— Понимаю, — сказала киса. — Но я говорю не о сексе, а о любви.

Раздражение Анге исчезло полностью. Она протянула руку, взяла Линге за ладонь.

— Линге… Мы с Криди друзья. Очень хорошие друзья. Но мы прекрасно понимаем разницу наших тел и душ. Любовь в нашем случае невозможна.

— Разве ты не понимаешь, что любовь возможна всегда? — с удивлением спросила Линге. Не дожидаясь ответа, продолжила: — Криди должен стать отцом моих детей. Это важно для наших прайдов. Это было договорено, когда Криди получил место на корабле, а юноша нашего прайда остался на планете.

— Хирс? — догадалась Анге. — Он слишком молод. Криди летит по праву.

— Я не оспариваю его заслуг, — сказала Линге. — Хирс гений, но это место не его.