Порожденная грехом. Часть 2

Он потянулся к моей ноге под столом, его пальцы сжали мое бедро, близко к киске.

— Вы уже обсудили вопрос о фамилии? — спросил папа.

Это тема, которую я не хотела обсуждать с Мэддоксом и не собиралась поднимать сегодня.

Мэддокс бросил на меня любопытный взгляд.

— Возможно, мы можем обсудить это после ужина, — предложил Мэддокс.

Я не была уверена, хотел ли он оставить меня в покое или действительно хотел обсудить эту тему как можно скорее.

После ужина я убедила папу разрешить Мэддоксу подняться в мою комнату.

— Не могу поверить, что я впервые нахожусь в твоей комнате.

— Тебе повезло, что папа не настоял на том, чтобы Амо был нашим сопровождающим.

— Он не может поверить, что у нас не было секса за последние несколько месяцев.

— Ох, он определенно не верит в это, но он не будет облегчать тебе задачу больше, чем это абсолютно необходимо.

Мэддокс наклонил голову.

— Звучит примерно так.

Я соблазнительно улыбнулась.

— Но теперь мы одни…

Мэддокс усмехнулся, обхватив руками мою талию.

— Как бы сильно я ни хотел трахнуть тебя прямо сейчас, думаю, нам стоит уладить вопрос с фамилией. Твой отец предложил тебе оставить фамилию Витиелло.

Я слышала, что он считает эту идею нелепой и ожидает, что я отвергну предложение отца. Я вздохнула, и Мэддокс ослабил хватку, его брови сошлись.

— Только не говори, что ты действительно рассматриваешь возможность оставить свою фамилию.

— Я не думаю об этом, — осторожно сказала я.

Мэддокс отстранился и начал расхаживать по комнате.

— Одна из главных вещей в браке — взять одну и ту же фамилию, чтобы показать, что мы с тобой принадлежим друг другу.

— Я не думаю, что нам нужно носить одну и ту же фамилию, чтобы принадлежать друг другу, и все узнают о нашем браке. Об этом будет известно всей прессе, так что нет необходимости еще больше подчеркивать это, используя одинаковую фамилию.

Он бросил на меня недоверчивый взгляд.

— Еще больше подчёркивать? Я хочу, чтобы каждый ублюдок на этой планете знал, что мы вместе.

— Я тоже этого хочу, — сказала я, касаясь его груди.

— Если мы не будем носить одну фамилию, люди будут только и будут предполагать, что ты не совсем серьезно относишься к этому браку, что у тебя есть сомнения.

— Я думала, тебе все равно, что думают другие? — спросила я дразняще, но Мэддокс только оскалился. — И у меня нет сомнений.