Портрет Дориана Грея

Его соседкой была миссис Ванделер, одна из старинных приятельниц тетушки лорда Генри, истинная святая, но при этом так удручающе неряшливо одетая, что напоминала молитвенник в потрепанном переплете. К счастью для мистера Эрскина, по другую руку от нее сидел лорд Фаудел — наилучший образчик интеллектуальной посредственности средних лет, простой и бессодержательный, как отчет министра в палате общин. В беседе с ним миссис Ванделер взяла тот напряженно-серьезный тон, который лорд Генри считал ошибкой непростительной, присущей всем добродетельным людям и неизменно их преследующей.

— Гарри, мы говорили о бедняге Дартмуре! — вскричала герцогиня, приветливо ему кивнув. — Как вы думаете, он действительно женится на этой неотразимой молодой особе?

— Полагаю, она твердо решила сделать ему предложение, герцогиня.

— Какой ужас! — воскликнула леди Агата. — В самом деле, пора кому-нибудь вмешаться!

— Из авторитетных источников мне стало известно, что ее отец держит магазин новейших галантерейных изделий, — презрительно бросил сэр Томас Берден.

— Сэр Томас, мой дядюшка ранее предположил, что ее отец торгует свининой.

— Галантерея! Да что у американцев за новинки такие? — спросила герцогиня, удивленно поднимая полные руки.

— Американские романы, — ответил лорд Генри, принимаясь за куропатку.

Герцогиня пришла в недоумение.

— Не обращай внимания, моя дорогая, — прошептала леди Агата. — Он никогда и ничего не говорит серьезно!

— Когда открыли Америку… — начал радикальный член парламента и погрузился в перечисление скучных фактов.

Как и все люди, стремящиеся исчерпать тему, он исчерпал лишь терпение слушателей. Герцогиня вздохнула и воспользовалась своей привилегией перебивать других.

— Как бы мне хотелось, чтобы ее вообще не открывали! — воскликнула она. — В самом деле, в наши дни у английских девушек нет ни единого шанса. Это в высшей степени несправедливо!

— Вполне вероятно, что Америка так и не была открыта, — заявил мистер Эрскин. — Я бы сказал, мы только начинаем ее открывать.

— Хм, мне доводилось видеть некоторых ее обитателей, — задумчиво ответила герцогиня.

— Говорят, хорошие американцы после смерти отправляются в Париж, — хихикнул сэр Томас, обладавший значительным запасом бородатых острот.

— Да что вы говорите! Куда же попадают плохие американцы? — спросила герцогиня.