Портрет Дориана Грея

— В Америку, — негромко произнес лорд Генри.

Сэр Томас насупился.

— Боюсь, ваш племянник настроен к этой великой стране предвзято, — сообщил он леди Агате. — Я изъездил всю Америку в специальных вагонах, предоставленных принимающей стороной. В таких вопросах американцы крайне предупредительны. Уверяю вас, поездка имела высокую образовательную ценность.

— Неужели нам действительно нужно ехать в Чикаго, чтобы стать образованными? — жалобно спросил мистер Эрскин. — Лично я совершить такую поездку не в силах.

Сэр Томас махнул рукой:

— Мир мистера Эрскина Тредли сосредоточен на полках его библиотеки.

— Какой ужас! — воскликнул лорд Генри. — С животной силой я бы еще справился, но с животным благоразумием — увольте! Есть в нем нечто несправедливое. Это удар ниже интеллекта!

— Я вас не понимаю! — заявил раскрасневшийся сэр Томас.

— Зато я понял, лорд Генри, — негромко проговорил мистер Эрскин с улыбкой.

— В каком-то смысле парадоксы весьма хороши… — начал было баронет.

— И где здесь парадокс? — спросил мистер Эрскин. — Не вижу. Хотя, может, и так. Впрочем, путь парадоксов — путь истины. Чтобы постигнуть действительность, мы должны увидеть ее пляшущей на туго натянутом канате. Мы способны оценить истины, лишь когда они становятся акробатами.

— Господи, до чего же мужчины любят спорить! — воскликнула леди Агата. — Я уверена, что никогда не смогу понять, о чем вы тут толкуете. Ах, Гарри, я ужасно на тебя сердита! Зачем ты пытаешься убедить нашего славного мистера Дориана Грея забросить Ист-Энд? Уверяю тебя, вклад этого юноши поистине неоценим. Всем так нравится его игра!

— Я хочу, чтобы он играл для меня! — с улыбкой объявил лорд Генри, посмотрел в дальний конец стола и поймал на себе благодарный взгляд.

— Но ведь обитатели Уайтчепела так несчастны! — продолжила леди Агата.

— Я способен посочувствовать всему, кроме страдания, — пожал плечами лорд Генри. — Оно слишком уродливо, противно и утомительно. В современном сочувствии к боли есть нечто нездоровое. Сочувствовать надо красоте, ярким краскам, радостям жизни. Чем меньше говоришь о ее язвах, тем лучше.

— И все же Ист-Энд — проблема очень важная, — заметил сэр Томас, солидно кивая.

— Несомненно, — согласился юный лорд.