Портрет Дориана Грея

 — Главная их проблема — рабство, мы же пытаемся решить ее, развлекая рабов.

Политикан встрепенулся:

— А что вы предлагаете изменить?

Лорд Генри рассмеялся.

— В Англии я не желаю менять ничего, кроме погоды, — ответил он. — Мне вполне хватает философских умозаключений. Поскольку девятнадцатый век обанкротился из-за расходов на сочувствие, я склонен предложить, что мы должны обратиться к науке, дабы она наставила нас на путь истинный. Преимущество эмоций заключается в том, что они вводят нас в заблуждение, а преимущество науки в том, что она лишена эмоций.

— Однако же на нас лежит ответственность! — робко осмелилась заявить миссис Ванделер.

— Огромная ответственность, — кивнула леди Агата.

Лорд Генри посмотрел на мистера Эрскина.

— Человечество относится к себе чересчур серьезно. В этом его первородный грех. Умей пещерный человек смеяться, наша история пошла бы по иному пути.

— Вы очень меня утешили, — проворковала герцогиня.

 — Ведь я всегда чувствую себя довольно неловко, посещая вашу дорогую тетушку, потому как Ист-Энд не интересен мне вовсе! Впредь я смогу смотреть ей в глаза не краснея.

— Румянец делает лицо привлекательным, герцогиня, — заметил лорд Генри.

— Лишь в юности, — ответила она. — Когда старуха вроде меня краснеет, это очень плохой знак. Ах, лорд Генри, если бы вы только открыли мне тайну, как вновь стать молодой!

— Можете ли вы вспомнить какую-нибудь большую ошибку, которую совершили в молодости, герцогиня?

— Боюсь, их было немало! — вскричала она.

— Тогда совершите их все снова, — серьезно заявил лорд Генри. — Вернуть юность можно, повторив все свои безумные выходки.

— Восхитительная теория! — воскликнула герцогиня. — Надо применить ее на практике.

— Опасная теория! — процедил сэр Томас.

Леди Агата покачала головой, но невольно развеселилась. Мистер Эрскин промолчал.

— Да, — продолжил лорд Генри, — это одна из величайших тайн жизни.

В наши дни большинство людей умирают от постепенно овладевающего ими здравого смысла и слишком поздно обнаруживают, что единственное, о чем не сожалеешь, — это о совершенных тобой ошибках.

За столом раздался смех.

Лорд Генри поиграл с идеей и раззадорился, стал ею жонглировать и изменять до неузнаваемости, упускал ее и снова ловил, расцвечивал всеми цветами радуги и окрылял парадоксами.