Спел вынул из верхнего кармана опознавательный знак. Что-то вертелось в голове, что-то связывающее стражника и того мертвеца. Но что?
— Ты где это нашел? — прошептал Спел. — Ты убил его?
Крони отрицательно покачал головой, и в голову словно вонзились тупые иголки.
— Он был мертвый?
— Нет.
— Господин, — позвал из-за двери стражник, — он очнулся? Его милость велели сразу сообщить.
— Не очнулся, — сказал Спел и ладонью закрыл Крони глаза. — Плох совсем. Бредит.
— Жидкий народ, — сказал с чувством стражник из-за двери.
— Я пошел, — прошептал Спел. — Не открывай глаза. Никто не должен знать, что ты пришел в себя. Как Мекиль уйдет, я вернусь.
Крони было трудно лежать, закрыв глаза, потому что в голове мерно крутилось тяжелое колесо, затягивая в пропасть… Он заснул незаметно и так крепко, что Спелу пришлось долго пинать и расталкивать его.
— Хватит, — огрызнулся Крони, поднимаясь. — Все вы драться мастера."
"— А ты разве человек? Тебя только и колотить. Знаем мы, как вас, клопов, на Чтение заманивают.
«Ах, все люди равны, и трубарь не виноват, что он трубарь. Это директора виноваты». А вам лестно. И на ваших вонючих спинах кое-кто из инженеров хочет наверх забраться. Так что особенно не надейся. Был ты трубарем вонючим, им и останешься.
— Плевал я на твои слова, — сказал Крони. — Кому я верю, во что верю, кому спину подставляю — мое дело.
— Говорить ты умеешь, — засмеялся Спел. — Научили. Вставай.
Крони поднялся на ноги. Ноги были вялыми.
— Пошли.
— Куда?
— Хуже не будет.
— А с чего я тебе верить должен?
— Ты уже на Мокрицу насмотрелся. Он тебя живым не отпустит.
— А ты отпустишь?
— Не знаю еще.
— Так я здесь останусь.
— Ну и оставайся. Я пошел.
— А я Мокрице скажу, что ты знак взял и ко мне ходил.
Крони не успел мигнуть, как Спел завернул ему руку за спину, так что трубарю пришлось согнуться вдвое, и толкнул к двери.
— Ты думаешь, буду с тобой церемониться? В любой момент могут войти. Мне будет плохо. Тебе — наверняка конец.
— Я сам пойду, — сказал Крони.
— Ладно, отпусти.
— Нет, номер не выйдет. Ты мне не веришь — я тебе и подавно. Если кто встретится — я тебя веду на допрос.
У двери валялся мертвый охранник. Он был задушен — лицо синее, голова свернута набок.
— Это ты? — спросил Крони. Смерть была такой жуткой, что начинала кружиться голова.
— Нет, — сказал Спел. — Это ты его задушил. Ты задушил и удрал. И теперь, что бы ты ни говорил Мокрице, никто тебе не поверит. Не я же его задушил.
