Последнее японское предупреждение

– Это… все?! – еле выдохнула я, чувствуя почти физическую боль под ложечкой. – Все, что ты узнал?!

– Погодите вы расстраиваться, дослушайте сперва. Узнать-то я кое-что узнал, но вот подтверждений у меня нет теперь. Ее сбили как раз в тот момент, когда она шла ко мне на встречу. Я должен был отдать ей деньги, а она мне – доказательства того, что клинок в музее фальшивый, а настоящий спрятан в здании банка. Она должна была сказать, где именно. Мы ее ждали…

– Мы? – перебила я, и Савва вздохнул:

– Мы с вашим мужем.

Это меня Никита надоумил, когда девка денег запросила.

– А почему вы мне не позвонили?! – сорвалась я, но вовремя осеклась и извинилась: – Прости. Продолжай.

– Ваш муж согласился заплатить, мы ждали ее в машине, я пару раз выходил посмотреть, и в последний выход увидел, как она идет к нам. Уже на переходе ее нагнал мотоциклист с пассажиром, сбил, а пассажир на лету вырвал сумку. Вот так… Когда я подбежал, девушка была мертва.

– О, черт… – простонала я, хватаясь за голову.

 – Ну, как же так?!

– А все просто. Ее наняли за деньги, а она решила заработать еще и на противоположной стороне.

– И мы так и не знаем, где чертов клинок!

– Ваш муж сказал, что постарается решить этот вопрос сам.

– Как?! В одиночку обыщет все пять этажей?!

– Я не знаю. Меня он на помощь точно не приглашал, – слегка раздраженно ответил Савва.

Мне стало стыдно – я кричала на человека, помогавшего мне. Совсем нервы ни к черту!

– Ты извини, Савва… нервы расшатались совсем… – пробормотала я в трубку виноватым тоном.

– Да я понимаю. Что делать-то будем?

– Искать. У нас нет другого выхода. Его просто нет.

Положив трубку, я задумалась. Автора заказной статьи убрали, потому что явно отслеживали все контакты. И заказчик знал, что Акела попытается при любом удобном случае получить информацию. Значит, я была права – целью операции был именно мой муж. Скомпрометировать его в глазах отца и вынудить уйти, а тогда уж можно и к отцу подбираться.

Черт… Как мне надоело быть правой, как надоело… Я хочу тишины и спокойной жизни, а не этих скачек дурацких с оружием и прочей атрибутикой. Я женщина, в конце концов! Но мне приходится делать это, чтобы отвести беду от семьи. От мужа, от отца, от дочери. От всего, что мне дорого и что я люблю. И ради этого всего я могу далеко зайти и сделаю это, не задумываясь. Да, мама когда-то, если была в настроении, учила быть мягкой, нежной и улыбчивой.