Последняя легенда

– Твоя территория, значит? – с горечью переспросила Диана. – Тогда и оставайся на своей территории, Слав. Потому что на моей тебе больше делать нечего.

Его замешательства после этих слов Диане хватило, чтобы приложить карточку, скользнуть в комнату и захлопнуть за собой дверь, прежде чем Карпатский успел хотя бы пошевелиться. Для верности она заперлась на защелку, а потом прижалась лбом к дверному полотну, опуская веки и пытаясь не дать волю рвущимся наружу слезам.

Тоненький голосок в голове тихо твердил, что она перегнула палку, отреагировала слишком резко, что надо быть умнее и терпеливее, но Диана уже ничего не могла с собой поделать.

В груди клокотали злость и обида, а разочарование лишало последних сил и желания бороться. Хватит уже! Она так долго играла в игру под названием «Стань идеальной для Кирилла», что успела устать от постоянной необходимости подстраиваться, понимать и менять себя, затыкая рот собственным желаниям и потребностям. Ее достаточно долго держали на отдельной территории, ей больше не хотелось ничего подобного. Уж лучше сразу поставить точку, как бы больно и страшно ни было сейчас, чем потерять еще пять лет в попытке построить то, что построить невозможно.

Проглотив вставший в горле ком и смахнув со щек все же выкатившиеся из глаз слезы, Диана шмыгнула носом и оттолкнулась от двери. На мгновение застыла, упорядочивая мысли, потом пересекла комнату, открыла шкаф и сунула руку в карман жакета. Визитка все еще лежала там. Она достала ее, другой рукой беря смартфон.

Внимательно набрала номер и прочистила горло, надеясь, что голос не будет дрожать.

– Добрый вечер, Антон, – произнесла максимально деловым тоном, когда на том конце ответили. – Простите, если звоню поздно. Это Диана Стрелецкая, вы недавно были у меня.

– Да, Диана, добрый вечер, – радушно поприветствовал ее Рябин. – Чем могу быть вам полезен?

– Я подумала о том, что вы мне сказали… И решила принять наследство Кирилла. Что мне для этого нужно сделать?

Когда дверь захлопнулась прямо перед его носом, Карпатский непроизвольно вздрогнул.

Оцепенение, на несколько секунд сковавшее его после резких слов, отпустило, и он занес руку, чтобы ударить по двери кулаком, одновременно потребовав, чтобы Диана немедленно открыла. Но в следующую секунду рука его опустилась, а сам он устало привалился спиной к стене, прикрыв глаза.

Вот, видимо, и все. Не то чтобы совсем неожиданно, но как-то внезапно и глупо.