Последняя жизнь нечисти

Не удержавшись, я подняла ее к глазам, посмотрела на просвет. Содержимое небольшой бутылочки переливалось ярко-голубыми мерцающими огнями. Красиво. Никогда ничего подобного не видела.

Удавка на моей шее дернулась, пока еще слабо, предупреждающе. Я посмотрела через плечо на бога-отступника. Мол, чем ты еще недоволен? Или испугался, что я выкину склянку?

– Не забывайся, – одними губами шепнул он. – Без глупостей, Тефна, прошу.

Звук каблуков гулко разносился под сводами подземного хранилища. Рикки спокойно наблюдал за моим приближением, и от его немигающего пристального взгляда невольно было не по себе.

Так, наверное, хищник следит из укрытия за добычей, точно зная, что та не успеет увернуться от его смертоносного прыжка.

Наконец я остановилась в паре шагов от юноши. Растерянно оглянулась на бога-отступника, ожидая дальнейших указаний.

– Еще не время, – ответил он. – Я скажу.

Рикки склонил голову набок, с интересом ожидая продолжения представления. И неожиданно я почувствовала, как браслет на моем запястье теплеет.

Что это означает? Опасность для меня или же бог-сын подает мне знак, что настал его черед действовать?

Черные глаза Рикки внезапно резко посветлели. В них мелькнула тень узнавания и тут же – удивление при виде удавки, перехлестнувшей мое горло.

– Рикки, мальчик мой, – раздался позади голос бога-отступника, до неузнаваемости измененный тревогой и напряжением. – Ты же хочешь, чтобы эта драная кошка осталась в живых?

Стоило признать, новая роль удалась ему на отлично. Если бы я не знала, что тело Мария сейчас служит лишь оболочкой для божества, то подумала бы, будто сам храмовник стоит сейчас за моей спиной.

– Марий? – Рикки изумленно кашлянул, не веря своим глазам. – Но как?.. Гворий сказал, что тебя убили на Пустоши. Тебя и всех твоих приспешников.

– И вы ему поверили? – Бог-отступник неприятно ухмыльнулся. – Ладно ты, мальчишка, но Шерьян? Удивляюсь ему. По-моему, кто-кто, а уж твой отец должен понимать, что полуэльф предаст его при любом удобном случае без малейших колебаний.

Женщины всегда были наивернейшим средством, чтобы рассорить даже самых лучших друзей.

Я зло скрипнула зубами. Не ожидала, если честно, что у бога-отступника такой талант к лицемерию. Впрочем, ничего странно, если учесть, что именно его считают прародителем коварства и лжи.

– Чего ты от меня хочешь? – спросил Рикки, сжимая кулаки, когда нить смертельного колдовства на моей шее зашевелилась, затягиваясь туже.

– Выпей то, что тебе сейчас даст Тефна.