Последний дубль Декстера

Я проводил Джекки в номер, так и не услышав ни одной цитаты Канта. Как только мы развалились в креслах на балконе в ожидании мохито, в дверь постучала Кэти со своими неизменными кипой бумаг, мобильником и чашкой кофе из «Старбакса». Я отворил ей дверь, и она вихрем пронеслась к Джекки, успев на бегу испепелить меня взглядом.

Принесли мохито. Кэти размахивала бумагами и тараторила еще минут десять. Джекки покивала, несколько раз перебила ее вопросами, подписала пару бумаг и снова принялась кивать. Когда Кэти наконец собрала бумаги и свою чашку, Джекки казалась совсем утомленной.

Нет, она достойно пережила лавину информации от Кэти, но меня поразило то, какой она вдруг показалась смертной. Актриса взяла свой мохито, а я вывел Кэти и запер за ней дверь, размышляя о цене славы. Каким привлекательным все казалось – и вот на тебе!

Ну, конечно, есть у меня и свои радости. Однако по большей части они связаны с надежно спеленатым изолентой избранным партнером, пытающимся отодвинуться от серебряного сияния моего ножа.

А это, согласитесь, совсем не то же, что наслаждаться спокойным вечером в кругу домочадцев. Может, это и не счастье, но мне хватает.

Есть и более законные удовольствия. Мне определенно нравилось проводить время в окружении Джекки. Жить в роскоши, греться в лучах ее славы, ни в чем себе не отказывать – вот это жизнь. Если не считать, конечно, мелочей вроде того, что в твою дверь может в любой момент постучаться безумный убийца. Однако в целом я бы не мог выдумать себе жизнь приятнее.

Но можно ли это назвать настоящим счастьем? Вряд ли, иначе я бы почувствовал.

Ощущала ли это Джекки? Была ли счастлива своей жизнью: безмерной роскошью, поклонением и даже обожествлением со стороны окружающих? Хватало ли ей этого? Разумеется, меня это не касалось, но почему-то вдруг захотелось услышать от нее ответ.

Я вернулся на балкон и застал Джекки все в том же задумчивом состоянии. Она сидела и смотрела на воды залива.

– Все в порядке? – поинтересовался я.

– Лучше не бывает, – кивнула она, и мне оставалось только надеяться, что перед камерами она будет держаться убедительнее.

Я сел и отпил мохито. Возможно, алкоголь развязал мне язык, а может, просто молчание затянулось – во всяком случае, когда мой стакан опустел более чем наполовину, я не выдержал.

– Вы счастливы? – спросил я.

– Я? – удивилась Джекки и глянула так, словно услышала какую-то непристойность. Потом тряхнула головой, отвернулась, взяла со столика свой мохито и допила одним глотком.