Последний дубль Декстера

«Линкольн» Джекки уже ждал у входа в управление с заведенным мотором, когда я наконец вернулся. Водитель курил, облокотившись на капот, и приветливо помахал мне. Я подошел к машине, и заднее стекло опустилось.

Джекки посмотрела на меня с улыбкой – легкой и оставлявшей впечатление, что все будет хорошо.

– Эй, матросик! – окликнула она меня. – Подбросить не надо? – Тут ее улыбка стала немного шире. – Кажется, самое время тяпнуть мохито.

Мне тоже так казалось. Я сел в машину.

В субботу Джекки долго не поднималась.

Сам я из жаворонков, и в любом случае на диванчике в дорогой гостинице не залежишься. Поэтому в семь утра я был уже на ногах, а в четверть восьмого сидел за завтраком на балконе. Солнце встало строго по расписанию, как оно делает и в рабочие будни, но по причине выходного я ел немного медленнее.

Далеко в море двигались стайки лодок – на юг в Киз, или на запад в Бимини, к Гольфстриму, а то и дальше. Большой спортивный катер с ревом прошел, оставив за собой шикарный расходящийся хвост, прямо над тем местом, где я попрощался с Патриком.

Я подумал: если бы завихрений от винта хватило бы, чтобы освободить тело от якоря, – наверняка оно бы пробкой выскочило на поверхность и подпрыгивало на волнах следом за катером аж до самых Багам.

Хотя, может, и нет. А если и всплыло бы, не думаю, чтобы эта белая махина сбавила ход, тем более если ее ждет рыбешка.

Я отхлебнул апельсинового сока. Отличного, свежевыжатого. Бельгийские вафли тоже не уступали ему качеством, да и бекон поджарили идеально: хрустящим, но не пересушенным.

Да и фрукты отличные – наверное, лучших я в жизни не ел… если не считать, конечно, вчерашнего завтрака. И позавчерашнего. У обычных фруктов из супермаркета совсем другой вкус, словно их накачали водой, чтобы они казались больше и ярче. От этих даже пахло по-другому… по-настоящему. А вкус… Такой, какого и ожидаешь от фруктов по их внешности, – ожидаешь, но не получаешь.

Я отхлебнул еще. Нет, право же, здорово быть мной, по крайней мере в такие моменты.

Вот интересно, можно ли к этому привыкнуть – например, чтобы вызвать метрдотеля и отослать все обратно, если у персика чуть мятый бок? У меня, наверное, не получилось бы, хотя как знать… Подобный образ жизни меняет человека, поэтому, возможно, рано или поздно и я превратился бы в эгоцентричного идиота, как, скажем, Роберт. Ну не мог же он с самого начала быть таким, как сейчас, – иначе родители придушили бы его еще в колыбели.