Последний дубль Декстера

– Все? Боже мой, я же не…

– Идем, я познакомлю тебя с Робертом Чейзом.

Если мне казалось, что Эстор как-то слишком эмоционально реагирует на Роберта, то это только потому, что я еще не видел реакции ее матери. Рита покраснела как мак, вся затрепетала и впервые за всю историю наших отношений не смогла с первой попытки выговорить одно-единственное слово.

– Ро… Ро… нет, правда? – пробормотала она. – Что… ты… Ро… Роберт Чейз тоже здесь? И ты?..

Я наблюдал за всем этим спектаклем с изрядной долей раздражения.

За все время общения с Чейзом я не нашел в нем ничего заслуживающего хоть малейшего уважения – и тут Рита начинает трепетать при одной мысли о том, что он тоже здесь. А еще я совершенно точно помнил, что говорил ей о списке всех приглашенных на концерт, поэтому у нее не имелось ни малейшего повода впадать в ступор, грозя испортить парадный ковер своими восторженными слюнями. Интересно, волновалась бы она так, скажи я, что Роберт – гей?

С другой стороны, в таком нервическом состоянии Рита утратила способность к сопротивлению; я еще раз потянул ее за руку, и она послушно потащилась следом.

– Идем, – повторил я. – Настоящие чудеса ожидают внутри.

Места мне дали совсем близко от сцены, во втором ряду, почти по центру зала. Не знаю, кому принадлежала эта идея, телекомпании или капитану Мэтьюзу, но сидеть мне выпало рядом с Робертом. Подозреваю, для того, чтобы камеры запечатлели трогательное единение звезд с бравыми полицейскими. Как бы то ни было, как следствие этого знакомство Риты с Робертом становилось практически неизбежным, однако когда мы вошли в зал, Чейза нигде не было видно.

Впрочем, стоило нам добраться до своего ряда, как он вышел из той самой двери, куда выходили Джекки с Дебз, и направился в нашу сторону, улыбаясь и приветствуя толпу взмахом руки.

Я наивно рассчитывал быстро представить их друг другу и спокойно жить дальше – однако снова не учел затруднений, связанных с восторженным отношением Риты к Роберту. Стоило ей увидеть его, как она застыла на месте, побледнела и снова затрепетала.

Люди на соседних рядах начали на нас коситься, одни с усмешкой, другие с любопытством. Конечно, мне нравилось купаться в лучах той славы и того внимания, с которым толпа провожала Джекки. Но тут внимание было совсем другим: я видел в обращенных на нас взглядах иронию, осуждение и даже сочувствие, и мне это не особо нравилось. Я потянул Риту за руку, и она крошечными неверными шажками двинулась дальше.