Последний дубль

Пока Китаяночка болтала без умолку, пытаясь поймать мой взгляд, я опять размышлял о Мертвой Девушке. Я все отчетливее понимал, что должен разобраться с Харой. Пусть он и не убивал ее, однако собирался, нанял меня.

Нельзя обижать женщин.

— Давай закажем «Маргариту», — предложил я.

Китаяночка оживилась и начала щебетать еще громче. Она не знала, как много для меня значила «Маргарита», и как мало она сама.

Вечер выдался изумительный. Мы отлично поужинали, а после отправились в мою новую квартиру.

Подпускать к себе людей — плохая идея.

К людям быстро привыкаешь.

Моя жизнь до встречи с Китаяночкой напоминала остров посреди океана, сюда не было доступа посторонним. Теперь здесь проходной двор.

Она строит в моей жизни собственные баррикады. Я устал от одиночества, но от общества уставал еще сильнее. Я попытался представить, как мы могли жить вместе. Не удалось.

Я знал, что никогда не сделаю ничего такого — не женюсь, не заведу детей, не брошу свое любимое занятие. Но думать об этом было интересно.

Пока Китаяночка спала, я читал дневник Мертвой Девушки.

Я читал без прежнего внимания, пропуская строки, потому как было уже поздно и мне хотелось поскорее с этим закончить.

Мертвая Девушка оказалась очередной яркой пустышкой. Я читал и думал, что смерть неминуемо должна была за ней явиться. В принципе не столь важно, кто отнял ее жизнь. Я или тот бездарный ублюдок.

В чем заключался смысл ее существования? Что полезного она совершала? Все ее мысли вращались вокруг Артура Хары.

Я дочитывал дневник исключительно из упрямства, просто чтобы дочитать и получить полную картину событий. К моему списку подозреваемых добавились новые имена.

Я внимательно прочел последнюю запись, особенно сумбурную и непонятную. Про силу судьбы и странные закономерности.

Наверное, речь шла о компромате. Неведомым образом Мертвая Девушка заполучила рычаг влияния на Хару, важную информацию, силу которой не могла оценить.

Она сделала ставку и ошиблась.

Однако я ничего не нашел. Возможно, ее убийце повезло больше?

Я закрыл глаза и отчетливо представил Мертвую Девушку.

Фотографическая память всегда была моим даром и проклятьем.

Я не любил март за те сюрпризы, на которые он был щедр. Я потерял свою сестру в марте, в марте умерла моя мать, именно март отобрал у меня Пантеру.