Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

Имперские мастера пыточных дел обязательно посещают важных пленников еще до начала допроса, чтобы подобрать пытки и нужный инструмент. Мужичок внимательно оглядел патрикия тяжелым взглядом, потом расправил его плечи, помял пальцами суставы, заставил вытянуть вперед руки и даже зачем-то замерил его рост. Видимо, увиденным мужичок остался доволен, потому что пробурчал что-то себе под нос, оставив одного из могущественнейших людей мира в состоянии парализующего страха. Мысли патрикия Александра начали путаться, и он представлял себе одну картину ужаснее другой.

Его одиночество прервала какая-то девчушка в белоснежном чепце, которая зашла в комнату и как-то смешно присела, склонив голову. Она потянула на себя снятую одежду патрикия, но тот, полностью потеряв разум от сковавшего его ужаса, вцепился в последние остатки той жизни, что только что была закончена. Служанка изумленно посмотрела на него и сказала на ломаной западной латыни:

— Мне госпожа Батильда велеть постирать одежду.

И дырка вот, я заштопать. Лучше новой потом быть. У княгини много шелковых платьев, я не испортить. Не бойтесь, господин! А потом вам новый чистый одежда принести. К его светлости нельзя за стол в грязном…

— А кто это сейчас ко мне заходил? — спросил патрикий, который не терял надежды на лучшее.

— Как кто? Портной? — на курносом лице служанки было написано неописуемое удивление. — Он мерку пришел снять. Скоро новую одежду господину принести. Я же говорить, к его светлости нельзя за стол в грязном…

Длинный сводчатый коридор закончился большой комнатой, залитой светом.

Тут не было ламп, зато из окна лился свет, который пропускала какая-то свинцовая решетка, в которую были вставлены округлой формы куски стекла. Патрикий впился взглядом в оконный переплет. Он никогда не видел ничего подобного.

— Ваш мастер делал, — услышал он голос князя, который с усмешкой смотрел прямо на него. — Из Александрии. Правда, песок из Финикии пришлось везти, а соду из Египта.

Но, оцените, каков результат!

— Это же безумно дорого, — пробормотал изумленный патрикий.

— Ну, а для чего еще нужны деньги? — усмехнулся князь. — Зато я теперь могу зимой в окно выглянуть. Люблю я это дело, зимой в окошко смотреть.

В комнату вошла неописуемой красоты женщина с каменным выражением лица. Патрикий оценил стоимость ее одежд и украшений и пришел к единственно правильному выводу. Это была княгиня Людмила.