Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

— Пожалуй к столу, княже, — на ее прекрасном лице шевелились лишь губы, а сама она скорее напоминала куклу, чем живого человека. Патрикий запомнил это свое ощущение, впитывая новые впечатления и информацию, что потоком лилась на него со всех сторон.

Длинный стол, покрытый вышитой скатертью, окончательно добил Александра. Множество мелочей, которые он увидел собственными глазами, только что перевернули его представление о мире. Скатерть стелили не у каждого сенатора, и, как правило, по случаю какого-нибудь торжества.

Здесь скатерть была не предметом роскоши, а обыденностью, патрикий почувствовал это.Гораздо более богатые и могущественные короли франков садились обедать за дубовые столы, в которых были вырезаны углубления, куда клали пищу. Все варвары, и даже римская знать на Западе ели, положив пищу на ломоть хлеба вместо блюда. И они совершенно точно не знали этого прибора с четырьмя зубцами, который лежал около каждого из гостей.

— Позвольте представить, патрикий, — ответил на его невысказанный вопрос князь.

 — Королева Бургундии Мария, законная жена покойного короля Хильдеберта. Вдова, если точнее.

Приятная молодая женщина улыбнулась мелкими белыми зубками и чуть наклонила голову в знак приветствия. Так вот почему княгиня ходит с таким лицом. Теперь-то патрикию все стало ясно. Она увидела в королеве соперницу.

— Боярин Горан, — махнул рукой князь в сторону могучего седого мужика с пудовыми кулаками, который недобро смотрел на Александра из-под кустистых бровей.

Тот самый, ахнул про себя Александр.

Он знал об этом человеке, как и о почти всей элите молодого княжества. Пес государев, так его называют. Не ведает ни страха, ни сомнений. Абсолютно неподкупен. Считает, что отдает князю долг за спасение из рабства. Служит старым богам, потому-то и застряли такие бредни у него в голове. Вот в Империи нет неподкупных чиновников, и ничего, она ведь живет как-то.

— Боярин Лют, глава Земского Приказа, — продолжил князь. — Боярин Збыслав, глава Денежного Приказа, боярыня Любава, глава Приказа Большого Дворца.

Боярин Николай, глава Ремесленного Приказа. Владыка Григорий… Впрочем, вы с ним уже знакомы. Приступим, пожалуй!

— Твое здоровье, княже! — поднял чарку Лют, и после глухого стука огненная жидкость потекла в глотки княжеских соратников. Даже Мария и Любава пригубили.

Патрикий отхлебнул тоже, отказаться было бы немыслимым оскорблением хозяина. Ему приходилось и раньше пробовать варварские настойки, но эта была просто невероятной.