Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

 — С ума сойти! Как же я раньше сам до такого раньше не додумался! Княже, да ты откуда знаешь такое?

— Да так, почитываю иногда, — совершенно серьезно ответил князь.

— Почитываешь? — неприлично выпучил глаза Григорий. — Ты Священное Писание ПОЧИТЫВАЕШЬ? Да как тебя молнией за такие слова не убило?

— Господь милосерден, — все так же серьезно ответил Самослав. — Он знает, что у каждого свой путь к нему.

— И то, правда! — Григорий вытер со лба обильно выступивший пот. — Прости, княже, я забываю иногда, с кем разговариваю.

Хотя… Что я ропщу? В Галлии уже сколько столетий христианство живет, а капища языческие стоят себе, и друиды поганые людей смущают. Крестьяне сначала богиню Кибелу по полям носят, чтобы урожай был, а потом в церковь причащаться идут(1).

— Мы с тобой не доживем, владыка, — кивнул князь. — Христианство постепенно завоюет души людей, терпением и любовью.

— А ты ведь и насчет алхимии прав оказался, — продолжил Григорий. — Я тому Геннадию все ингредиенты купил, чтобы превращение веществ совершить.

И что ты думаешь? Ничего! Совсем ничего! Вранье оказалось в тех древних свитках!

— Ничего страшного, — сочувственно посмотрел на него князь. — Мы его к делу пристроим. Как мое поручение насчет ядов продвигается?

— Да с ядами у него как раз хорошо все, — отмахнулся Григорий. — Это он на коленке смастерит за час, было бы из чего. В здешних местах одни грибы чего стоят. Особенно поганка. Я у Светония читал, что мать Нерона Агриппина своего мужа, императора Клавдия грибами отравила.

Так что насчет ядов не беспокойся. Он все горюет, что твое земляное масло пока не нашел, хочет весной снова в те земли пойти.

— Пусть идет, — кивнул князь. — Мне то масло очень нужно, владыка. Если оно у нас появится, то нам еще долго никто страшен не будет.

— Как дороги просохнут, так сразу и поедет, — согласился Григорий. — Чую я, это дело богоугодное, раз целые полчища врагов истребить поможет. Благословляю!

— Еще по одной? — намекнул князь, и владыка нехотя согласился.

Он усиленно смирял плоть, но зачастую плоть брала верх, приводя этим почтенного епископа в полнейшее уныние.

— Жениться бы тебе, княже, — сказал вдруг епископ, и Самослав даже поперхнулся от неожиданности. — Во грехе живешь с доброй христианкой. Нехорошо это.

— Да тебе-то это зачем понадобилось, владыка? — подозрительно посмотрел на него князь. — Дагоберт вон ни с одной из своих жен не венчался. У германцев это и не принято как-то.