Последний срок

– Я был в самом низу, и мое мнение ничего не значило. Не ручаюсь за достоверность, однако считаю, что вас сознательно спалили. Нужно было кем-то пожертвовать, и этим человеком оказались вы.

Маккуиллен сцепил на столе руки.

– Все последующие годы мне было плевать на это. Поэтому, Босх, не старайтесь проявлять ко мне сострадание.

Гарри кивнул и подался вперед. Маккуиллен предпочитал играть жестко. Он был либо слишком хитер, либо слишком глуп, если надеялся продержаться один на один без адвоката. Босх решил подыграть ему.

– Хорошо, не будем ходить вокруг да около. Почему вы сбросили с гостиничного балкона Джорджа Ирвинга?

Маккуиллен криво улыбнулся.

– Прежде чем говорить об этом, я хочу получить кое-какие гарантии.

– Никаких обвинений по поводу оружия и прочих мелочей.

Босх покачал головой.

– Вы же утверждали, что вам известен механизм. В таком случае должны понимать, что я не могу пойти на сделку. Это прерогатива окружного прокурора. Но со своей стороны подтвержу, что вы сотрудничали со следствием. Могу даже попросить для вас льготы.

– Вы хотите выяснить, что произошло с Джорджем Ирвингом. Я скажу вам, но только на этих условиях.

– Оружие и какая-то мелочевка?

– Именно. Оружие и еще одна ерунда.

Босх не видел смысла в словах Маккуиллена. Если он признает, что убил Джорджа Ирвинга, то обвинения в ношении незарегистрированного оружия будут второстепенными и несущественными. Отсюда следовал вывод: Маккуиллен не собирается признавать себя виновным в смерти Ирвинга.

Возникал вопрос: кто с кем играет? Босх хотел убедиться, что верховодит он.

– Вправе обещать одно: постараюсь вам помочь. Вы мне расскажете, что произошло воскресным вечером, а я не стану придираться к мелочи. Это самое большее, что я готов сейчас предложить.

– Похоже, придется положиться на ваше слово, Босх.

– Даю вам слово. Давайте начнем.

– Мы уже начали. И вот вам мой ответ: я не выбрасывал Джорджа Ирвинга с балкона «Шато-Мармон». Он упал оттуда сам.

Босх откинулся назад и начал барабанить пальцами по крышке стола.

– Бросьте, Маккуиллен. Почему вы решили, что я поверю этому? Неужели полагаете, что этому вообще кто-нибудь поверит?

– Я ничего от вас не жду, просто говорю, что не делал этого. Вы все неправильно поняли. С самого начала подошли предвзято, пусть даже основывались на некотором наборе косвенных улик. Сложили все вместе и заключили, что я убил Ирвинга. Но я не убивал его, и вы не в состоянии доказать обратное.