Последний ученик да Винчи

— Что вы морщитесь? — недовольно спросила она.

— Я не ем острого… — буркнул Старыгин.

Наверху, при дневном свете, все страхи подземелья исчезли, и в Маше поднималось глухое раздражение на этого растяпу и рохлю. Он может только в кабинете сидеть и копаться со своими красками и химикалиями. Или еще расшифровывать разные надписи.

— Ешьте, что дают! — рявкнула она. — Дома перед женой будете капризничать!

— У меня нет жены, — неожиданно спокойно ответил Старыгин и послушно принялся есть пиццу.

От такой быстрой победы Маша еще больше рассердилась.

— Что вы на меня коситесь, как норовистая лошадь перед тем, как укусить? — Старыгин бросил вилку и уставился на Машу гневными глазами. — Я-то чем виноват?

— Да? — агрессивно ответила она. — А кто втравил меня в эту историю? Кто нашел на картине эти несчастные четыре семерки? Если бы не они, я бы сейчас спокойно спала дома, вместо того, чтобы сидеть здесь в грязной одежде и без крыши над головой!

— И есть эту отвратительную пиццу! — поддакнул Старыгин.

Маша надулась и замолчала.

— Вы сами влезли во все это, — сказал Старыгин, выпив залпом полстакана минеральной воды. — Вы являетесь ко мне в дом, вы не гнушаетесь ничем, даже обманом! Вам, журналистам, непременно нужно все разнюхать, все разузнать и сразу же все выболтать, вывалить на страницы газет и проорать по телевидению.

— Мой отец тут совершенно ни при чем, — процедила Маша, прикидывая, как будет смотреться Старыгин, если она опрокинет ему на голову остатки пиццы.

— И ваш дед тоже? — саркастически осведомился Дмитрий Алексеевич, не подозревая, в какой опасности находится в данный момент. — Это не он подарил вам пентагондодекаэдр, не он говорил что-то о четырех семерках, не он оставил вам дневник? Маша, отчего вы все время чего-то не договариваете? Отчего не доверяете мне?

— Это мой дед! Мой, понимаете? Я хочу сама разобраться с его наследием!

— А это моя судьба! Это меня подозревают в краже мирового шедевра из Эрмитажа! Это мне нет ходу назад в Россию, если я не найду «Мадонну Литта»! Я знаю, что она здесь! Ведь мы видели ее голографическое изображение!

— А вот кстати, — Маша отставила пустую тарелку, — все не было времени вас расспросить.