«Ладно, хватит слюни пускать! Деньги у меня теперь есть, как только окажусь в Ожерелье, закажу себе такие же. А эти нужно вернуть».
Мерса понял, что найденные им гоглы принадлежали Форце, и решил отдать их кому-нибудь из членов команды. Причем — немедленно, пока естественное желание обладать сокровищем не заставило его передумать.
«Но кому? — Алхимик вышел в коридор и задумался. — Капитану? А какое капитану дело до вещей Форцы? Галилею? Или Валентину?»
Заглянул в кают-компанию — пусто, Мерса хотел уйти, однако заметил на открытом мостике человека в кресле, сообразил, что это может быть только офицер, вышел и…
— Мерса! Вот вы где! А я вас целый час ищу… Я — Бабарский.
Потягивающий чай толстяк совсем не походил на человека, который весь последний час носился по цеппелю в поисках неуловимого алхимика. И даже последние полчаса. И даже последние пятнадцать секунд. Скорее он походил на умиротворенного поросенка, которого бережно завернули в теплую цапу и вынесли подышать свежим воздухом.
— У меня хроническое воспаление верхних дыхательных слоев, приходится постоянно пить чай с каатианской мятой. У вас с дыхательными слоями все нормально?
— Не жалуюсь, — честно ответил алхимик."
"— Это пройдет, — жизнерадостно пообещал Бабарский. — Решили прогуляться? А я вот давно не практикую пешие прогулки: радикулит, чтоб его пришпа сгрызла. Подхватил в арктическом походе, иногда до судорог доходит.
— Я заметил, вы здесь один… — со светской, как ему казалось, улыбкой произнес алхимик, облокачиваясь на тонкие поручни.
— Мы на цеппеле, Мерса, а здесь, чтобы остаться одному, нужно прыгнуть в «корзину грешника».
«Опять корзина!»
— Что это?
— Узнаете еще. А что это? — Бабарский указал на шкатулку. Чихнул и глотнул чаю.
— Гоглы. — Алхимик повертел футляр в руке. — Нашел в лаборатории.
— И решили выбросить? Но почему? Отличные, насколько мне известно, гоглы, пятьдесят цехинов, между прочим.
— Пятьдесят?!
Мерса понимал, что найденные очки хороши, даже очень хороши.
Однако названная Бабарским сумма его потрясла. Выбрасывать гоглы Мерса не собирался, а теперь у него испарилось всякое желание их отдавать. К счастью, не пришлось.
— Они принадлежали Форце?
— Не принадлежали, — тут же ответил Бабарский. — Их сделал лично мастер Цейз по специальному заказу мессера. Это корабельное имущество, Мерса, часть лаборатории. Собственность мессера, если угодно.
— То есть я могу ими пользоваться? — обрадовался алхимик.
