— Он свою роль сыграл — отвлек тебя и разбил тебя. Нестор проложил нам дорогу и вскоре сойдет со сцены. А если не сойдет — мы его задавим. Через пару дней, когда власть Народного правительства установится хотя бы в двух-трех провинциях, оно обратится к Компании с просьбой о помощи, и на Заграту тут же прибудет Второй флот.
— И никто не назовет его появление вторжением…
Адигенские планеты Ожерелья утрутся, потому что давным-давно договорились признавать любые действия законных властей миров. И Компания заполучит весомый плацдарм для экспансии в Северный Бисер.
Сколько еще Заграт она собирается перемолоть? Наверное, все…
— Мы взяли твою планету голыми руками, не нарушив ни единой договоренности!
— Вы молодцы, — признал король.
— Я знаю, — небрежно ответил Нучик.
Он имел все основания быть довольным собой.
Генрих вздохнул и негромко спросил:
— Что я должен подписать?
— Ничего.
— Ничего? — Король вздрогнул — такого ответа он не ожидал. — А как же отречение?
— Да плевал я на твое отречение, — грубо отрезал галанит.
— Ты считаешься убитым, а подлатать тебя я распорядился с одной только целью: хочу лично тебя повесить, адигенская тварь. — Ноздри Нучика раздулись. — Мне доставит исключительное удовольствие вздернуть тебя, как взбунтовавшегося мужика. Не пуля, не плаха и не яд — позорная петля. Вот твоя участь, Генрих. Ты обгадишься на ней…
— Мои дети? — хрипло спросил король.
Он не боялся смерти. Он знал, что обречен, с того самого момента, как очнулся. И обещание позорной казни его тоже не смущало: Генрих думал, что Нучик сыплет угрозами, преследуя какую-то цель.
Специально запугивает. Генрих думал, что галаниты нуждаются в его отречении, что у него есть хоть какой-то козырь, и был раздавлен откровенностью барона. А потому не сдержался, потому вопрос прозвучал громко и жалко:
— Где мои парни?
Не яростный рев, а бессильный рык.
— Мы позаботимся о них.
Нучик постарался ответить мимоходом, однако обмануть короля не сумел. Потому что сейчас Генрих ловил каждое слово сердцем и душой.
Потому что сейчас речь шла о том, что было куда важнее его собственной жизни.
— Они свободны!
— Мы позаботимся о них, — процедил галанит. — Им не скрыться.
— Они покинули столицу? С кем?
Нучик промолчал, буравя короля ненавидящим взглядом.
— Их спас Помпилио? Конечно! Помпилио!"
"Лгать не имело смысла:
— Да, — хмуро подтвердил галанит.
«Я потерял не все!»
И в этот момент Генрих понял, что значит быть по-настоящему счастливым человеком. Только сейчас.
