Добровольцы и перешедшие на сторону мятежника солдаты немедленно получали внушительный аванс, и так же аккуратно оплачивалась работа всех остальных: инженеров, рабочих и землекопов, которые возводили на правом берегу Мериссы защитные сооружения. Золото не позволяло сомнениям окончательно овладеть умами южан и давало Нестору необходимое время. При этом никто и понятия не имел, где дер Фунье раздобыл столь огромные средства.
— Как видите, я держу слово.
— Я знаю… я…
— Я знаю, как нужно, Анри, запомните это: только я знаю, как нужно.
— Нестор наклонился к невысокому инженеру и чуть понизил голос: — А нужно мне, чтобы вы старательно готовили паротяги к бою. Одна машина в день меня устраивает, все понятно?
— Да, адир.
— Вот и хорошо.
Дер Фунье выпрямился, оглядел ряды миролюбивых паротягов, и по его губам скользнула едва заметная презрительная усмешка."
"С завода Нестор отправился на так называемый Восточный рубеж, линию обороны, которую старательно возводила тысяча землекопов. Поговорил с инженерами, выступил с краткой, но пламенной речью, насладился овацией и поехал в расположенный неподалеку лагерь добровольцев.
Там посетил вечернюю тренировку и похвалил офицеров за службу. Другими словами, дер Фунье проделал свой обычный маршрут, который заканчивался в штабе, размещенном во дворце наместника. И именно в одном из тайных кабинетов этого белоснежного, украшенного великолепной колоннадой здания у Нестора произошла самая важная за день встреча. Встреча с человеком, о присутствии которого в Зюйдбурге не знали даже ближайшие помощники дер Фунье.
— Почему ты взялся за паротяги? — резко спросил Нучик. При появлении дер Фунье он захлопнул папку с бумагами, но с кресла не поднялся, буравя адигена взглядом холодных глаз. — Это бессмысленно.
— Я тоже рад вас видеть, барон, — вежливо отозвался Нестор. — Как продвигаются работы в пустыне?
— Хорошо продвигаются, — отрезал Нучик и повторил: — Почему ты взялся за паротяги? На эту дурацкую затею уйдет слишком много золота.
Нестор прошел в комнату, молча налил себе вина из хрустального графина — только себе, развалился на диване, что стоял напротив кресла Нучика, сделал глоток и улыбнулся.
— Мятеж — дорогое удовольствие, барон. Он по определению требует много золота.
Нестор умел считать деньги, но сейчас, получив доступ к огромным ресурсам Компании, он об этой привычке на время забыл. Сейчас дер Фунье деньгами распоряжался, не задумываясь о последствиях.
