Уже гораздо позже, когда муж заснул, а Талила лежала в темноте без сна, прислушиваясь к его тихому, размеренному дыханию, подозрение, что жило внутри нее давно, оформилось в ясную мысль.
У нее не было времени задумываться, с чем связана тошнота, и было так легко списать все на едкий дым, которого она наглоталась в поместье господина Тадамори. И после — ее ведь могла укачивать из-за бесконечной скачки, разве нет?.. И перепады настроения, и слабость, и помутнение в глазах: она мало ела, не чувствуя аппетита, почти не спала, потому что постоянно тревожилась и несла на своих плечах тяжелое бремя, боясь подвести Мамору.
Она не отслеживала свои лунные крови, бросив это занятие еще во дворце Императора. Они были такими же непредсказуемыми и непостоянными, как и то, что происходило с ней самой.
Талила очень хорошо помнила себя... прежнюю. Никогда в жизни она не позволила бы себе так размякнуть перед мужем, и никогда в жизни у нее на душе не царила такая сумятица, как сейчас, и она не чувствовала дюжины чувств одновременно.
Потому что никогда прежде она не носила под сердцем дитя.
Она достаточно побыла уже трусихой, и время, когда она могла закрывать глаза на правду, ушло.
Когда они были вместе, Мамору обещал ей, что он будет «осторожен», и она ему верила. Потому что они до сих пор не нашли времени, чтобы поговорить о том, с чего начался их брак.
С пророчества и обезумевшего Императора.
От ее крови и крови Мамору родится дитя, которому суждено стать гибелью старого миропорядка.
И зарождением нового.
И Талила не знала, хотела ли она этого... Они никогда не касались пророчества в своих разговорах.
Она положила ладони на плоский живот, прислушиваясь к своим ощущениям. Сколько прошло времени? Пять, шесть недель?..
Рядом, словно почувствовав, дернулся во сне Мамору. Затем перевернулся на бок и обнял Талилу одной рукой, подтянув поближе.
Она настороженно замерла. Скосила на него глаза и задохнулась от нахлынувшей нежности.
Она ему не скажет. Он сразу же захочет отправить ее в «надежное», «спокойное место», подальше от битв. И будет, наверное, прав.
Только вот она не согласна. Ее место рядом с мужем, и потому она ничего ему не скажет.
***
Мамору спешил воссоединиться с войском, но было кое-что, что он не откладывать, и потому на следующее утро они отправились допрашивать советника Горо.
Талила испытала черную радость, хорошо разглядев обгоревшее лицо мужчины.
