И жди отправления, я зайду, как условились – через час после рассвета, – на ходу, не оборачиваясь, бросил ей лорд.
И вышел.
Глава 29
Разговор с женой дался ему непросто.
Джонатан чувствовал, что Есению что-то гложет. Казалось, ещё чуть-чуть, ещё немного, и она не выдержит и сама всё расскажет. Но прошло полчаса, и супруга словно бы успокоилась.
Или нет – она просто приняла решение.
Понять бы ещё – какое именно. И чем оно грозит ему лично, и их с герцогиней будущим отношениям… Он ждал, но её светлость делиться не пожелала.
Пришлось отложить откровения до более удобного времени.
С того момента жена вела себя безупречно, но холодно и отстранённо. Джонатан её понимал – какая женщина обрадуется, если муж сообщит ей, что решил завести наследника от любовницы?! Даже если до этого супругов связывали не романтические отношения, а сухой договор.
На такие новости любая леди оскорбится до глубины души. И ведь нельзя рассказать, что на самом деле всё не так! Нельзя – потому что в жизни бывает всякое, и Есения может случайно, непреднамеренно, проговориться.
"
"Недоброжелатель обитает поблизости от замка, а его подельник – под видом слуги, разумеется – живёт непосредственно в замке. Только при таких условиях предатель всегда в курсе всех новостей, и способен вмешиваться в события. Разумеется, он внимательно следит за самим герцогом и его женщинами.
А Есении повезло вырасти вдалеке от двора, она не умеет притворяться, лгать, глядя в глаза. Девочка непременно выдаст себя, если будет знать правду! Поэтому жена должна его, мужа, ненавидеть – искренне и от всей души!
Исходя из этих соображений, ему и пришлось оставить Есению в неведении.
А теперь его девочка, когда думает, что супруг не видит, прожигает его презрительными взглядами. Но подыгрывает, изображая любовь и радость от «предстоящего материнства».
Не очень убедительно, надо сказать… И ему самому от этого тошно!
Потом, когда всё закончится, он, Джонатан, непременно загладит все неприятные воспоминания! На руках носить станет, все капризы исполнять – только продержись, не сломайся, выдержи! И не возненавидь окончательно!!!
Герцог сам себе дал срок в два-три месяца, чтобы найти и обезвредить предателя до того момента, когда у беременной женщины начинает пропадать талия.
Есения в курсе, что она не беременна, а вот Кларисс не поймёт, отчего ей приходится подсовывать под платье подушки, и почему её «беременный» живот не увеличивается в размерах.
