Посредники

Они улыбались, смеялись, танцевали с такой заразительной, легкой энергией, какой Ундина не испытывала никогда или, по крайней мере, ни разу со времен своего детства — с тех пор, как бегала по двору начальной школы «Ирвинг-Монтессори», догоняя Селесту. Именно это всплывало у нее в памяти — невинная, буйная свобода младенчества.

Так вот чего все ждали. «Флейм» поистине зажигал. Ее окружали незнакомые люди, Никса нигде не было видно, но все же впервые за весь день чувство неловкости исчезло. А как же он? Нет, не надо об этом думать.

Она отогнала мысль о Никсе, отдавшись общему движению влажных тел, растворяясь в бесконечных волнах звука, которые окатывали ее, качая, кружа и вращая. Она наслаждалась, этого Ундина не могла отрицать. Может, она просто устала от Никса. Может, они слишком сблизились.

Возле сцены что-то вспыхнуло — Ундина повернулась туда. Сквозь звуки музыки донесся низкий смутный грохот. Должно быть, гроза была близко, поняла девушка, хотя никого это, похоже, не волновало. Дождь прекратился, и здесь, в жерле вулкана, она чувствовала себя защищенной.

Знакомые разноцветные искорки замелькали вокруг музыкантов. Ундина сначала решила, что это светлячки, но потом поняла: это бабочки! Их переливающиеся крылья отбрасывали под софитами блики красного, зеленого, голубого, оранжевого и желтого цвета.

«Бабочки? — с изумлением подумала она. — Должно быть, это влетело им в приличную сумму».

Ундина восторженно рассмеялась. Какой-то симпатичный темноволосый парень в повязанной вокруг талии рубашке внимательно разглядывал ее и постепенно придвигался ближе, словно его притягивала ее раскрепощенность.

Ее руки взмыли в воздух. Она танцевала. Она не могла сказать, кто к кому придвинулся, но они с парнем прижались друг к другу, столкнулись, и ее рука оказалась у него на пояснице, и его рука — на ее талии, а потом еще ниже, легко и непринужденно придерживая ее за ягодицы. После всех тех целомудренных ночей с Никсом, когда они были словно пара стариков во время круиза по Аляске, Ундина почувствовала прилив желания.

Она стала такой, какой всегда была: горячей, цельной, заигрывающей с хитрым незнакомцем. Она просунула свою ногу меж его ног, медленно скользя вверх по его бедру. Туника мешала ей, и она приподняла подол, чувствуя кожей грубую ткань его джинсов. Он взял ее за руки, она опустила взгляд. На внутренней стороне его запястья был вытатуирован небольшой икс.

— Как тебя зовут? — Она наклонилась к нему и улыбнулась.