Посредники

Ежевичные кусты цеплялись за штаны, царапали лодыжки, колючка впилась в лицо, и что-то потекло по щеке. Кровь? Нет, это всего лишь пот. Никс вытер его на бегу, пытаясь припомнить, когда же в последний раз ухитрился оцарапаться до крови? Когда у него последний раз текла кровь? И было ли это вообще?

Нырнув в лес, он снова повернулся лицом в сторону дома Клоузов. Он не знал, где кончалось его тело и где начинался лес. Знал он сейчас только одно: чтобы помочь Джейкобу, он должен его видеть, и времени у него не много.

Никс остановился. Свечение было настолько ярким, что пробивалось даже через деревья и изгороди на расстоянии в несколько сотен ярдов. За последние несколько минут оно стало настолько ослепительным, что сама фигура Джейкоба совершенно скрылась в нем и Никс ее не видел. В конце его голос превратился в неразличимое бормотание, но чем ярче становилось пламя, тем сильнее оно взывало к Никсу, будто требуя:

«Возьми меня. Придай мне форму».

«Кольцо огня» не было смертью Джейкоба. Оно было просто смертью, и Никс почувствовал, что может оттянуть его от Джейкоба, если только ему удастся разглядеть мужчину, а для этого нужно отойти подальше, чтобы свет перестал ослеплять.

В памяти всплыл образ женщины в черном плаще. Неужели все это было всего лишь вчера?

«Вы знали это с самых юных лет. Вы живете в мире, который не принадлежит вам, но и вы не принадлежите ему. Вы — иные, вы знали это с самого детства».

Это все, что успел услышать Никс, торопясь на помощь Нив. Но что же это такое — его сила? Его дар, способность видеть свечение — они были реальными, он жил с ними всю свою жизнь. И тот случай в лесу, с Бликом — тот явно знал что-то, чего не знал сам Никс. Но что именно? Женщина могла объяснить ему, как использовать эту силу? Неужели он, спасая Нив, упустил шанс спасти Джейкоба? Нет, не могло этого быть. Он найдет способ. Он должен доверять своим видениям, которые привели его в Портленд, заставили его явиться в дом Ундины той ночью, познакомиться с Мотыльком, даже с Морга-ной.

Под ветками сосен стоял темный туман, но Никс не замечал его промозглой сырости — он искал край леса. Стебли крапивы били по рукам, лезли в лицо, будто нарочно выискивая неприкрытые участки тела. Где-то крикнула птица, и ему показалось, что это его собственный крик. Долго ли он бежит? Всего лишь несколько минут.