Посредники

Никс понял, что сидит с открытым ртом, и услышал слово, сорвавшееся с губ.

Пакет полетел на землю.

— Я была бы очень рада, если б ты ничего не стал рассказывать К. А… — начала она.

— Нет, — повторил он и начал пятиться от отца с дочерью — назад к лесу, из которого недавно выскочил.

— Никс? — встревоженно позвал его Джейкоб.

— Какого черта, Никс? — спросила Нив. — Что с тобой такое? Тебе нехорошо? Ты меня пугаешь.

Он искоса смотрел на нее и видел чудные волосы, совсем недавно взмокшие от пота и прилипшие к коже, а теперь сухие, блестящие и пушистые, миндалевидные темно-карие глаза — Никс всегда считал темноглазых блондинок самыми хорошенькими.

И дрожащее, стремительно вращающееся жуткое пламя, которое с каждой секундой становилось ярче. Она даже не подозревала о нем и была абсолютно, до идиотизма беспечна.

Нив Клоуз умрет. Скоро умрет.

— Никс, — позвал Джейкоб, когда тот еще быстрее попятился назад. — Послушай, извини. Вернись. Тебе нужен лед.

Он не остановился. Споткнувшись обо что-то, Никс упал, вскарабкался, потом повернулся и бросился к деревьям.

— Никс? Что происходит? — раздавались у него за спиной крики Нив и Джейкоба.

Он слышал, как Нив зовет его, но не мог остановиться. Он снова бежал сквозь деревья, но теперь не знал куда. Просто прочь отсюда. Прочь от Нив, сгорающей в огне, который пожирал сначала ее отца. Он не заставил его исчезнуть, он только перенес его с одного человека на другого — спас Джейкоба, но обрек на смерть Нив. Свет и тени мелькали вокруг него.

Сосновые иголки и пустота. Свет и тени оставляют Вселенную, взаимозависимые, уравновешенные. Как только он мог вообразить, будто в силах заставить какую-то ее часть исчезнуть?

В дверь дома 1515 на Северо-Восточной Скайлер-стрит позвонили. В эту дверь звонили множество раз, и приятный двухтональный перезвон всегда радовал Ундину. Ей нравилось принимать гостей и даже время от времени беседовать со Свидетелями Иеговы. Но не теперь. Теперь ей больше хотелось побыть в одиночестве.

Еще никогда Ундина не чувствовала такого нежелания встречаться с людьми. Ей хотелось сидеть в гостиной, старательно стирая из памяти все виденное, чтобы можно было пойти спать, — и именно этим она сейчас занималась. В машине у Морганы она не спала но-настоящему, а лишь временами проваливалась в забытье, сбивающее с толку и не дающее отдыха. Она смертельно устала, и сначала ей нужно отдохнуть, а уже потом решать, что делать дальше.

Звонок раздался снова.