Постучи в мою дверь

Наконец он отпустил ее горло, оттолкнув от себя.

— Выбирай, или ты следуешь за мной добровольно, и я позволю господарю Баттьяни умереть в битве. Либо… ты будешь смотреть на то, как его насилуют собственный брат и моя армия. Пойми, Олеся, ты мне предсказана… Это о тебе было то пророчество. Ты примешь мою кровь. Ты рождена не здесь, твои глаза, как звезды. Прежний Крампус думал, что дева напророчена ему, но он тебя не дождался. А значит, ты для меня. Ты ведь выпьешь мою кровь?

Он снова запустил ладонь в кипящую лаву и достал из нее кубок.

Тот самый, тяжелый и серебряный, который она нашла в потайном зале. Грубая резьба, синие камни. Морда Крампуса и изображения птиц. Это точно был он.

— Ты примешь мою кровь в себя и обретешь бессмертие. Станешь моей супругой и будешь дожидаться меня в нашей крепости, пока я буду сражаться с тьмой. А когда я буду возвращаться… — Он потянулся к ее волосам и начал наматывать пряди на пальцы. — …ты будешь встречать меня, предлагая свое красивое тело.

— Никогда этого не произойдет.

Олеся не знала, где берет решимость спорить с ним. Особенно, после того, как увидела, что он сделал со своей женой. Но так просто сдаваться она не собиралась. Бороться до конца. До самого конца, каким бы он ни был.

Крампус покачал головой и провел пальцем по ее губам. Олеся вздрогнула от омерзения.

— Ты все равно станешь моей. Это предначертано. А предначертанное всегда сбывается. Пойми, Олеся… ты можешь уйти со мной добровольно, и тогда никто больше тут не пострадает.

А можешь сопротивляться мне… ценой твоему сопротивлению будет Габор и все, кто живут в крепости. Я заставлю тебя смотреть, как изо дня в день господарь становится шлюхой моих демонов. Ты будешь наблюдать за тем, как его пользуют, пока он не привыкнет настолько, что начнет получать от этого удовольствие… Ведь лучше лечь под демона, чем стать его жертвой. А я постараюсь причинить ему столько боли, что он сам будет умолять…

— Хватит! — Олеся закричала так громко, что голос разлетелся эхом по башне.

Тело вдруг ожило, руки потянулись вперед. Она вцепилась ногтями в лицо демона, оставляя на его щеках длинные кровавые царапины.

Демон зашипел, отдергивая голову. Олеся не смогла сдержать мстительную улыбку.

— Думаешь, этими жалкими угрозами ты заставишь меня пить твою проклятую кровь? Можешь влить в меня эту лаву, но никогда и ничего я не сделаю для тебя по своему желанию. Я не твоя жена и никогда ею не стану. Она была права — ты жалкое ничтожество.