Такие, каких никогда не ощущала. Настоящий сверх-альфа."
"— Значит, завтра тихонько все соберем. А послезавтра на рассвете возвращаемся. Будем к папане, — кивок на живот, — прорываться.
— Уверены?
— Да, пора нам.
* * *РАЙДЭН
Два месяца спустя
— Райдэн, ты должен вернуться, — настаивает Стив, как только принимаю видеовызов на нотбуке.
Вначале собираюсь, как и раньше, надавать ему кучу распоряжений, чтобы по-прежнему оставаться в доме лесничего Исая, где провел последние два месяца, но что-то останавливает.
Один раз посетив это место, где жила до исчезновения моя пара, уже не смог отсюда уйти. И пусть запах Мии практически выветрился, но моего волка и это спасало, чтобы не сойти с ума. Потому что приступы, при которых меня ярко и остро окутывал ароматом моей истинной, что казалось, будто она стоит рядом, всего в паре шагов, не только не прошли, но стали систематически повторяться, заставляя на стену лезть от беспокойства.
А еще какой-то призрачный, еле различимый крохотный щенок повадился во сне наведываться и звать.
Придет, сядет, склонит свою мелкую мордочку на бок и смотрит удивительно умными глазами, почему-то кажущимися знакомыми, пронзительно, до мурашек по коже. И поскуливает. Требует найти… их, защитить. А кого их, так и не могу сообразить.
Мать-Луна, иногда кажется, что действительно с ума начинаю сходить, во всю проклиная свою твердолобость и неумение слышать сердцем.
— Что-то случилось? — задает вопрос Дорс, сидящий на соседнем со мной стуле.
Мы как раз пришли с обязательного обхода леса, когда Стив дозвонился. Да, побратим ни в какую не согласился оставить здесь меня одного и убраться в стаю, чтобы помогать брату. Хитрец, напирая на то, что без него я не справлюсь, а там и второй бета прекрасно всем заправляет, опираясь на подсказки вожака, с видимым удовольствием составил мне компанию.
Что ж, я только рад.
— Новости есть, — кивает звонящий.
— Хорошие, надеюсь, в этот раз? — сосредотачиваюсь на беседе.
— А это, парни, с какой стороны посмотреть, — Стив по привычке запускает руку в свою лохматую шевелюру, доводя ее до полного «черт-ногу-сломит» состояния.
— Да ну нафиг! Сколько уже можно? — не сдерживается Дорс, врезая открытыми ладонями по столу с такой силой, что посуда подпрыгивает и звенит, а столешница немного проседает вниз. Перевожу взгляд на побратима, приподнимая одну бровь, и он тут же поднимает обе руки вверх, успокаиваясь. — Прошу прощения.
