Повесть о суровом друге

- Тут кадеты письмо прислали, - сказал Васька, - сейчас Ленька прочитает.

Я взобрался на тачку. Абдулка Цыган, у которого под глазом красовался лиловый синяк - «подарок» кадетов, порылся за пазухой и вместе с обрывками веревок, гвоздями и цветными стекляшками извлек черный конверт. Посредине конверта зловеще белели череп и две скрещенные кости.

При виде страшного письма все подались вперед.

- Смерть! - прошептал кто-то.

- Тише, может, там бомба, - сказал Илюха.

Я вскрыл конверт. К моим ногам упала желтая двадцатирублевая керенка.

Стукаясь лбами, ребята бросились поднимать.

- Глянь, деньги! Зачем это?

Васька взял из рук Илюхи керенку, повертел и кивнул мне:

- Читай, Лёнь, потом узнаем.

Я вынул из конверта тетрадный листок в три косых. На нем синими чернилами крупным красивым почерком было написано:

- «Я вчера приехал из Петербурга, и мне пожаловались, что вы, оборванцы, не хотите повиноваться нам и даже деретесь...»

Прочитав это, я запнулся.

- Читай, чего остановился? - загалдели ребята.

- Тут руганье, - сказал я.

- Читай, - зашумели вокруг, - читай все подряд!

- «Кухаркины сыны, рабы презренные! Как вы смеете поднимать руки на своих господ? Свободы захотели? Я вам покажу свободу!..»

Я взглянул на ребят. Задрав головы, они в недоумении глядели на меня. Я продолжал читать:

На этот раз поняли все и обиделись.

- А вот этого он не пробовал? - вскричал Уча, грозя костылем.

- Тише, не мешайте слушать.

Напрягая голос, я читал дальше:

- «Приказываю собрать к моему приезду и сдать оружие. Кадет 4-го Санкт-Петербургского кадетского корпуса, 5-го класса Геннадий Шатохин».

Дальше шла приписка карандашом большими кривыми буквами:

- «Выходите сегодня на пустыр, мы вам набем морды. А на 20 рублей нехай Васька закаже себе гроб. Гроза и молния - силач Семен Муромец (у которого кулаки смертью пахнут)».

Когда я кончил читать, поднялся невообразимый свист, крики, топот ног.

Васька вскочил на тачку и поднял письмо:

- Что будем делать?

- Кто за то, чтобы кадетов бить, подымай руки кверху.

Мы дружно исполнили команду. Васька сурово оглядел нас и сказал:

- Против нема никого? Значит, объявляем кадетам бой... - Васька помедлил и добавил: - Не на живот, а на смерть!

На тачку взобрался Абдулка, которому кадеты передали письмо, и рассказал, как его поймали враги, как били, а потом приказали передать письмо.