Позывной: «Колорад». Наш человек Василий Сталин

Сомнения оказались верными – командировочная маета закружила его так, что, даже сев в машину, некогда было в окошко глядеть – сидишь и разбираешься с кипой бумаг.

Отметившись в Наркомате авиапромышленности, Быков столкнулся с Поликарповым.

– Здравствуйте, здравствуйте, Василий! – воскликнул конструктор. – Прослышан о вашей инспекции. Ждем в нашем ОКБ!

– ОКБ? – нахмурился Григорий.

Николай Николаевич рассмеялся.

– Первая буква – та же, что и у «шарашки», – объяснил он, – а смысл иной совсем. «Объединенное конструкторское бюро» – так вот.

– А вот это правильно! – обрадовался Быков.

– Вот, и я о том же! А то порой, как лебедь, рак и щука! Конечно, далеко не все готовы работать в одной упряжке, но…

– В армии бытует поговорка: «Не можешь – научим, не хочешь – заставим!»

– Вот-вот! Ну, не буду вас отвлекать. Когда ждать?

– Сложно сказать… Я позвоню.

Они разошлись, как в море корабли.

Поликарпов – в свое ОКБ, а Быков отправился по военным аэродромам Подмосковья.

Надо было все узнать из первых рук. Никто не знает лучше новую технику, чем сами летчики.

Именно в полете вылезают всяческие изъяны и открываются прелести самолета.

Тот же Туполев весьма доволен был компоновкой своего «Ту-2», а вот штурманы его кляли – они почти ничего не видели со своего места. Штурманы!

Вернувшись из Внукова, где размещался отряд особого назначения авиации дальнего действия, Григорий забежал на минутку в НКАП.

Там он и пересекся с Берией.

Нарком как раз спускался с лестницы в компании двух громил в форме НКВД. Кобуры у громил на поясах были открыты, из них выглядывали рукоятки пистолетов.

В постоянной боевой ребята.

– Василий Иосифович! – добродушно сказал Берия.

– Лаврентий Павлович! – выразился Быков ему в тон.

– Вижу, весь в трудах?

– «Аки пчела»! – улыбнулся Григорий.

Нарком покивал и, взяв его под локоток, отвел в сторону.

– Мне доложили, что в вашем полку случился досадный инцидент, – негромко проговорил он.

– Было дело, – неохотно ответил Быков.

– Главарь, к сожалению, надкусил пломбу с цианистым калием, но нам удалось разговорить его подручного. Тот показал, что группа работала по прямому указанию Маленкова…

– Главарь кое-что сказал, – вымолвил он.

– Что? – глаза Берии сразу стали цепкими.

– Я спросил, кто его послал…

– А он? Что он ответил?

– Сказал: «Маленков». И сдох.