Несмотря на презрительное отношение к подобным индивидам в частности и военным вообще, профессор не мог не уважать их серьёзное отношение к своему делу. Как бы там ни было, они сознательно шли на смерть, исполняя порой самые невыполнимые задания. Но вместе с тем их неподкупность всегда бесила профессора. Несколько раз случалось такое, что весь ход проекта приходилось менять прямо на ходу, именно из-за таких вот упрямцев.
Выполняя полученный приказ, они не шли ни на какие компромиссы, добиваясь поставленной цели с упорством бульдозера.
Понимая, что его сопровождающий оказался одним из таких бульдозеров, Лихтман решил выждать подходящего момента, когда вместо простого исполнителя ему удастся поговорить с более гибким, а главное умным человеком. Из тех, кто способен не только выполнять, но ещё и заботиться о собственном благосостоянии. Покорно стерпев небрежность, с которой его запихнули вместе с носилками в кузов грузовика, профессор прикрыл глаза, пытаясь набраться сил для дальнейшей схватки.
Он не стал сопротивляться, даже когда сопровождавший его боец защёлкнул на щиколотке браслет с короткой цепью, приковав профессора к борту машины. Двигатель грузовика заурчал, и машина не спеша покатила к выходу с базы. Лихтман приготовился к долгой дороге, когда минут через сорок грузовик резко остановился, едва выкатившись за очередной поворот. Послышались негромкие голоса, и в следующую минуту в кузов одним прыжком запрыгнул один из оборотней."
"Несмотря на испуг, профессор краем сознания успел отметить, что на этот раз трансформация была полной, что означало практически полную неуязвимость от стрелкового оружия.
Дальше Лихтману стало не до анализа. Нагнувшись, оборотень ухватил его за отвороты пижамы, которую профессору выдали вместо испорченной одежды, и одним небрежным движением вышвырнул на снег.
Сила броска была так велика, что стальной браслет, намертво прикреплённый к кузову машины, просто оторвал профессору ступню, переломив заодно и деревянный бортик старых носилок.
Завизжав от боли, Лихтман даже не понял, что в его тело вонзилось сразу полдюжины украшенных когтями рук. А дальше началось самое страшное, что только может представить себе нормальный человек. Метаморфы рвали тело профессора так, чтобы продлить агонию, стараясь не задеть жизненно важных органов.
Последнее, что успел понять Лихтман, было то, что он увидел, как один из оборотней спокойно обгладывает его собственную руку.
