Прайс на мою студентку

 — Или расписываешься в собственном бессилии перед прекрасным полом?

— Что за ерунда? Если я не вставляю каждой студентке и коллеге, это не делает меня импотентом!

— Ты просто не можешь объединить науку и красоту, Андрей. Не в состоянии придать огранку прекрасному.

— Оставь свои аллегории. Что ты хочешь за грант?

— Пари. Давай заключим пари. Ты приводишь девушку на новогодний прием, представляешь ее коллегам, всем нашим прославленным ученым, и если она не сядет в лужу до конца вечера, считай, что доказал свое превосходство в образовании и воспитании.

— Значит, если я смогу достойно представить девушку на новогоднем фуршете, то ты откажешься от гранта?

— Не просто девушку, а ту, которую выберу я.

Я не чувствовал угрозы, ну кого он здесь сможет выбрать? Все девушки на этом приёме или дочери учёных мужей или официантки, которые к тому же студентки моей Академии.

Баграт вдруг низко поклонился.

— Степан Матвеевич! Какой восхитительный прием! Вы с каждым годом делаете этот августовский вечер все более роскошным и незабываемым!

Степан Матвеевич Слободский — председатель Совета распределения грантов.

Я расслабил мышцы лица, чтобы как можно непринужденнее улыбнуться ему, гоняя в голове, сможет ли презент сейчас исправить досадное недоразумение и вернуть грант в мою Академию без всяких глупых пари.

— Мальчики! Как я рад, что вы все же отложили драку.

— Ну что вы, Степан Матвеевич! — продолжал заливаться горным соловьем Баграт. — Швайгер уже терзает мне когтями глотку.

Председатель хохотнул, внимательно разглядывая меня.

— Что же ты, Андрей, не зашел к нам на день рождения Лилечки?

Черт. День рождения дочери в конце июля и мне приходило на него приглашение, но я предпочел поездку в Австрию.

Не снимая с лица улыбку, я быстро глянул на Тармуни, тот подмигнул. Так вот что это за единственный показатель, где друг обошел меня? Из-за моего пренебрежения чужим семейным торжеством, я перечеркнул год работы, исполнение своей мечты и получение гранта!

— Степан Матвеевич, я думал, что нетактично нарушать приватность семейного события.

— Вот он во всем так, Степан Матвеевич. Как выпускать его на международный рынок, если он до такой степени воспитанный?

Я не понимал их юмор, но чувствовал за весельем некую подъёбку.

— За воспитанием стоит образование, Баграт, я уже говорил и могу доказать.

— Давай! Раз и навсегда закроем этот вопрос.