Прародитель Магии Том 4 (СИ)

Маг воспользовался крайним психологическим замешательством девушки, её волнением, её страхом, её страстью, и заманил её, как разъярённого быка… Или корову? Нет, здесь не нужны феминитивы… Он заманил её в трещинку в пространстве, и даже успел её закрыть, там, в паре тысяч километров отсюда.

Когда девушка пыталась взлететь, он подрезал её крылышки своим «Клинком Времени», которым заранее оставил на них засечки.

Всё прошло чрезвычайно гладко.

Теперь оставалось самое сложное.

«Безумец» Пирр был уже в пределах города.

Почти. По крайней мере он был к нему довольно близко, если смог связаться с Атросити через свою куклу. Золотая Банши прибывала примерно через несколько часов. Если бы не было этого ограничения по времени, Артур мог бы броситься за Атросити и убить её там, далеко, в Западно-Восточном Море, а потом вернуться назад; к сожалению, на это ушло бы слишком много манны, и мужчина физически не успел бы восполнить её вовремя.

Единственный шанс был именно сейчас. Ему нужно было сперва убить Пирра, потом воина Анарха, и всё, — «Кровавый Замок» разрушен.

Можно выпускать Шанти.

Мужчина вымахал до своего прежнего роста. Глаза его утратили лоск, а волосы порыжели. В руке Артура появилось пламенное копьё. Он навёл его на восток и запустив сквозь потолок.

Чёрные небеса над гигантской спиралью охватила красная вспышка.

— Он так и будет стоять?

Две девушки стояли на утёсе высоко в заснеженных горах и наблюдали за огромным чёрным гигантом. Всё вокруг было белое, а гигант был чёрный, — он был похож на склизкую, маслянистую кляксу на белом листочке.

Маргарита сидела, свесив ноги с утёса, и смотрела на монстра немного щурясь. Альфия стояла у неё за спиною, возвышаясь над девушкой словно статуя в нечеловеческий рост и опираясь на деревянное копьё. День стоял ясный, и в просторе голубых небес сверкало громадное желтое солнце. Где-то далеко внизу, у подножия горы и вдоль других гор, сверкали громадные орудия. Все они были наведены на чёрного титана.

— Может вскинуть руку, дать сигнал чтобы стреляли, а то скучно… Что скажешь, Альфик? — спросила принцесса, уныло подпирая подбородок руками.

Альфия ответила ей совершенно серьёзно:

— Он ничего не делает. Зачем?

— Так-то да… Но почему он ничего не делает! — спросила девушка раздражённым голосом, и закатила глаза.

Альфия покачала головой. С её точки зрения, это было хорошо, что уродливая громадина ничего совершенно не делала. В таком случае им тоже не нужно было ничего делать.