Прародитель Магии Том 4 (СИ)

Оно взглянуло на «Золотую Банши» над собою, но снова та была неподвижна, как и на протяжении многих дней с тех пор, когда она украла её имя, содрала с неё маску и наложила на неё страшное проклятие.

Вот уже несколько месяцев, как настоящую Золотую Банши подменила самозванка, — странный, молчаливый монстр, который теперь всегда говорил за неё и жил её жизнью. А сама банши превратилась в будто бы бестелесное существо. Никто не замечал её, никто её не видел, и она не могла даже ни к кому прикоснуться. Первые дни её переполнял безумный ужас; потом она привыкла и стала, как жалкая собачка, следовать за своей двойницей.

Странный, совершенно заурядный мужчина был первым, кто заметил её и с кем самозванка говорила «по-настоящему». Но Золотая Банши ничего не уловила из этого разговора. И вот Башни думала свои растерянные мысли и вдруг вздрогнула: самозванка смотрела на неё, прямо в неё, своим глубоким, бездонным глазом, в котором вихрились золотистые вселенные.

У всех вампиров было в крови заложено пресмыкаться перед сильными.

Это существо было выше, много выше её самой: оно смотрело сверху вниз на небосвод

Не было смысла бояться.

Золотая Банши покрепче схватилась за золотистый трон.

Вечером Артур развеял своё заклятие, и рукотворное солнце потухло, — пламенные языки рассыпались в небесах. На юношу сразу набросились холодные ветра.

Артур наблюдал закат.

Время было уже позднее, и на горизонте выступили луны.

Вдруг на плечо мужчина опустилась грубая когтистая рука.

Артур повернулся: на него смотрели немного дрожащие и безумные синие глаза. Семь улыбалась своей кривой улыбкой.

— Что? — спросил мужчина.

Девушка показала на горизонт.

Мужчина присмотрелся и повернулся назад. Снова его хлопнули по плечу.

— Это… Это нормально? — спросила девушка.

Артур снова задумчиво посмотрел на морскую даль и ответил:

Семь улыбнулась пошире, — любая её улыбка была похожа на нервный тик, — кивнула и пошла в море. Девушка зашла в морские глубины и долго ступала вперёд, погружаясь в холодные воды. Она встала у границы материкового склона и разложилась на земле.

Девушке было страшно, очень страшно.

Она была абсолютно уверена, что и вчера, и позавчера, и много дней назад и всю её жизнь на небе была только одна луна.