Я вспоминала все те немногие ночи проведенные в этой спальне и то, как Джефри пробирался и ложился ко мне. Тогда – пять лет назад он так сильно нужен был мне. И я ненавидела его за то, что все еще нуждалась в нем, как ни в ком другом. Он проник так глубоко, спрятался под моей кожей и не желал отпускать все эти годы. Я могла бы сказать, что не думала о нем, но это было бы самой большой ложью. Я постоянно сравнивала его с другими мужчинами, которых встречала на своем пути, и каждый из них проигрывал Фостеру. Это было так неправильно, я не могла по-прежнему испытывать чувства к нему, ведь это делало меня ненормальной и зависимой.
Я должна была бороться с этим, как борются все люди со своими зависимостями. И я боролась, но впервые за долгое время у меня просто не осталось сил на борьбу.
Боже, просто выстави его, пусть он уйдет, Барбара. Ты в нем не нуждаешься.
Но я нуждалась, я так чертовски сильно нуждалась в своем мучителе.
А он не уходил, как и пять лет назад, стоял у моей кровати, словно потерявшийся щенок и не мог принять решения, не мог лечь без моего разрешения, не мог уйти, потому что не хотел этого.
– Если ты так переживаешь, то можешь лечь на другую половину кровати, – стараясь выразить своим тоном как можно больше безразличия, сказала я. – Но клянусь, если утром я проснусь в твоих объятиях, как в любом слащавом фильме о любви, то придушу тебя поясом от халата, Фостер.
Он молчал, а я, зажмурившись, сжимала одеяло у груди, чтобы он не забрал его. Хотя, вероятнее всего, он и не собирался, просто мое сердце в груди колотилось так сильно, что у меня тряслись руки, и я пыталась хоть как-то прекратить это.
Вторая половина матраца прогнулась под его весом, Джефри с кошачьей грацией опустился на кровать, придвигаясь ко мне слишком близко, настолько, что на задней поверхности шеи я чувствовала его теплое дыхание. Моя кожа покрылась мурашками, а когда его запах окутал меня, я едва не замычала от переполнившего мою грудь трепета. Его рука своевольно легла на мою талию, и Фостер прижал меня к себе.
– Я же сказала!
– Ты говорила про утро, но ничего не сказала про ночь.
– Это и ночи касалось, – буркнула я, ожидая, что он скажет мне что-то в ответ, но вместо этого почувствовала, как Джефри вдыхает запах моих волос, а его губы прижимаются к моей макушке. Я пыталась заставить себя оттолкнуть его, но не смогла. На моих губах появилась маленькая улыбка, а рука накрыла его руку.
– Спасибо, – пробормотала я, надеясь, что он еще не успел уснуть.
