Рыжие волосы похожи на инсталляцию салюта, что запускают в День благодарения, ведь никто в здравом уме не позволил бы так поиздеваться над волосами. Собственно о здравии ума этой женщины еще следовало поразмышлять, на мой взгляд, ума там не было никогда.
Бесконечные соковые диеты окончательно состарили ее. Она была наглядным примером того, как не нужно худеть. Даже филлеры и подтяжки лица ее не спасали. Пейсли Джина Ферейра Вергара-третья – моя мачеха и женщина, которую я совсем не ожидала сегодня встретить.
– Что ты здесь забыла? – поднявшись с кресла, грозно спросила я.
Пейсли улыбнулась, ее лоб и веки остались при этом неподвижными – жуткое зрелище. Эффект «Зловещей долины»5 в действии.
– У меня к тебе тот же вопрос, – ответила она.
– Я его дочь.
– Я его жена.
– Вы не были женаты, – напомнила я. Присутствие Пейсли вызывало у меня недоумение. – Он бросил тебя, ведь ты солгала о своей беременности.
Она пропустила слова о беременности мимо ушей.
– Я его гражданская жена, это такой же брак, – гордо заявила она.
Отшатываясь от нее, словно мачеха ударила меня хлыстом, я упала в кресло. Разочарование переполняло меня. Как это рыжее недоразумение смеет называть отношения с отцом настоящим браком? Настоящий брак у отца был только с моей матерью, ни с кем другим! Погодите, если она здесь, значит, он оставил ей что-то в наследство?
Краем глаза я заметила, как уголок рта Джефри пополз вверх, словно ему было до ужаса смешно в этот момент.
Я послала ему гневный взгляд, мечтая сделать Фостеру трепанацию без анестезии, но он даже не повернулся в мою сторону.
Пассивно-агрессивный Джефри снова в деле.
Я не собиралась тратить энергию ни на кого из присутствующих, гордо вздернула подбородок и властно обхватила руками подлокотники кресла. Пейсли заняла свободное место между Фостерами. Еще бы. Она просто обожала молодняк. Жаль сама выглядела в лучшем случае как их мама.
Терпение, Барбара, скоро ты свалишь подальше от этого цирка с миллионами в карманах своих брендовых джинсов.
Все это останется в прошлом, а ты займешься строительством своей модной империи. Аминь.
Адвокат отца прокашлялся и с важным видом водрузил на переносицу очки, вроде тех, что были у Гарри Поттера.
– Меня зовут Гаррет Хант, я друг и адвокат покойного. Я зачитаю завещание Оливера Эванса, – начал он. – Пейсли Джина Ферейра Вергара-третья… – Беспорядочным вихрем в моей голове закружили мысли.
