Правила бунта

— Срань господня, — выдыхает Прес. — Какого черта? Этот дом похож на отель.

Она права. И к тому же недешевый отель. Пятизвездочный отель с бассейном олимпийского размера, полностью оборудованным тренажерным залом, рестораном, отмеченным звездой Мишлен и дневным спа-салоном. Громадная лестница доминирует на входе и ведет к тому, что выглядит как открытая площадка, которая ведет к другой, а затем к следующей. Вся эта конструкция притягивает взгляд вверх, к сводчатому потолку высоко над нами, который является не столько потолком, сколько единым массивным панорамным окном.

Если выключить свет, через эту штуку откроется чудесный вид на ночное небо. Дэш упомянул об этом, когда мы впервые встретились в обсерватории. Тогда я не придала этому большого значения, но теперь, увидев, меня обуревает зависть.

— Я слышала, что Рэн сам написал все картины, — говорит Пресли.

Произведения искусства, о которых идет речь, определенно похоже на то, что могло прийти в голову Джейкоби. Темные, кружащиеся, угрюмые и злые картины, висящие на стенах, определенно все одной руки.

Они хороши. Более чем хороши. На самом деле картины великолепны, каждая из них — бурлящий бушующий шторм, запечатленный на холсте. Уже вижу, что однажды они будут стоить немалых денег. Не то чтобы я когда-нибудь призналась бы в этом в пределах слышимости художника.

Мара вальсирует через фойе, пробираясь сквозь толпу, как будто она здесь хозяйка. Пресли следует за ней. Я стою на месте некоторое время, все еще пытаясь осмыслить окружающее: углубленную гостиную; массивные секционные диваны; лилии в дорогих вазах; гигантский телевизор с плоским экраном; стеклянный кофейный столик, который выглядит как произведение искусства.

Нет ничего слишком показного или выдающегося. Однако здесь чувствуется тонкий оттенок огромного богатства, и это меня чертовски пугает.

Я отстала от подруг.

Быстро пытаясь проглотить чувство неполноценности, которое начало поднимать свою уродливую голову, я спешу за Марой и Прес, проталкиваясь через толпу людей, танцующих в огромной гостиной.

В конце концов, пробираюсь сквозь это безумие и оказываюсь на кухне, где хозяйничает Мара. Впечатляет, правда. Она опередила меня всего на шестьдесят секунд, но уже нашла элитный алкоголь и налила три рюмки. Подруга предлагает мне одну, а Пресли другую, ее улыбка определенно порочна.

— За то, чтобы как можно дольше избегать хозяев и получить удовольствие, — говорит она.

Прес без колебаний чокается рюмкой с Марой.