Правила бунта

Подруга угрюмо принимает рюмку и выпивает дорогой алкоголь. На этот раз воспринимает его гораздо лучше.

— И то, и другое, — говорит она. — Теперь эти две эмоции неразрывно связаны. Я буду возбуждаться во время фильмов ужасов до самой смерти. Насколько это хреново?

Трудно не рассмеяться, но я справляюсь.

Наш разговор прерывается взволнованным криком откуда-то с первого этажа. Секундой позже в кухню влетает Дамиана Лозано, пошатываясь на четырехдюймовых каблуках, одетая в серебристое платье, которое не оставляет пространства воображению.

— Давайте, придурки. Рэн собирается это сделать. Он не начнет, пока мы все не будем там.

Я не знаю, что за «это» и где «там», но наши одноклассники, слоняющиеся по кухне, знают. Все бросаются к двери, ведущей обратно в гостиную. Мара хватает за руку Прес, потом меня, и тянет нас за собой, когда тоже выбегает из кухни.

Музыка все еще гремит в гостиной, тяжелые басы стучат у меня в голове, но все люди, которые танцевали минуту назад, исчезли. Все собрались у подножия впечатляющей лестницы в фойе, где Рэн, Пакс и Дэш стоят на седьмой или восьмой ступеньке, достаточно высоко, чтобы их можно было увидеть над головами каждого.

Мой желудок совершает тройной аксель, скользит и врезается в бетонную стену, когда я вижу Дэша. В свете ламп его волосы выглядят как полированная медь. Я ожидала, что он будет одет в рубашку на пуговицах, как Пакс и Рэн, но вместо этого на нем черная футболка с маленькими белыми крапинками по бокам. На нем рваные на коленях джинсы, а на ногах потрепанные красные кеды.

Он выглядит невероятно красиво. Эта неряшливая, небрежная, непринужденная версия его самого и есть та версия Дэша, которую я узнала. Его руки в карманах, вес тела приходится на одну ногу. Исчезла прямая спина и жесткие плечи. Однако его глаза все еще холодны, когда тот обводит взглядом людей, собравшихся у его ног. В конце концов, он — Бог Солнца из Бунт-Хауса.

— Итак. — Рэн убирает свои темные волосы с лица, оценивая море лиц перед собой, как какой-то великодушный бог, обращающийся к своему народу.

— Добро пожаловать. Я буду Мастером Охоты на этот вечер. Те из вас, кто уже посещал одну из наших вечеринок, знают, что будет дальше. Для тех из вас, кто здесь впервые, слушайте внимательно. Придя сюда сегодня вечером, вы даете свое согласие на сегодняшние торжество. Мы никого не держим против воли. Дверь вон там. Можете спокойно покинуть вечеринку, если зассали. Но... если останетесь... будете соучастником того, что будет дальше.