Правила обманутой жены

 — Наверное, мне тогда из-за температуры показалось, что я закрыла эту чертову дверь. Так что мой муж прав: я — никчемная мать.

— Вы — самая лучшая мать на свете, — тихо сказал Платон. — Любая могла быть на вашем месте. Никто не застрахован от ошибок и болезней.

— Не нужно меня успокаивать. И жалеть тоже. Я этого не заслужила, — она встала и вышла, тихо закрыв за собой дверь.

Платон прошелся по кабинету. Что-то здесь не складывалось. Он никак не мог ухватить, что именно. Но интуитивно чуял: там было что-то еще.

То ли Надя не всё рассказала, то ли она всего не знает.

Он подошел к дивану, отодвинул картину, висящую над ним. Набрал цифровой код на двери сейфа и взял толстую пачку долларов и евро. Положил ее в бумажный конверт, накинул пальто и вышел из кабинета.

— Мне нужно уехать на пару часов, — Платон направился к двери, но остановился. — Надя, скажите, пожалуйста, а этот ключ… вы его потом видели? Дима вам его отдал?

— Он не понадобился больше, — покачала головой она. — Дима в тот же день поменял замок на двери.

Врезал новый. Такой, что снаружи открывается, естественно, ключом, а изнутри такая штучка в двери торчит. Забыла, как называется.

— Замок-бабочка? — подсказал Платон.

— Да, точно, замок-бабочка. И еще щеколду на дверь установил. На самом верху. Я и то с трудом дотягивалась.

Платон сел в машину и завел мотор. Вот что было не так: ключ. Почему этот гопник сразу отнял у нее ключ и в тот же день сменил замок? У него сын в реанимации, а он замки меняет. Зная, что ребёнок из больницы еще долго не выйдет.

И еще и замок-бабочку поставил. Чтобы его открыть и ключ не нужен. Значит, он что-то пытался скрыть. Вопрос: что именно?

Дни до отъезда пролетели, как в тумане. Соломоновна активно обрабатывала Мамикона.

— Шкильда, ты ж меня имеешь за порядочную! — говорила она, — но при этом имеешь до меня говно-вопрос: када? Не трогай меня за здесь! Имей понять, шо даже рыба не берет в рот крючок без жирного, как гусиные шкварки, червяка. Так шо уже говорить за мущинку? Хто же делает гешефты, то есть, сделки, на ровном месте? Больной вопрос на дешево не тянет.

Наше импортозамещенное Кутуньо сначала нужно прикормить и обработать, шобы у него глаза открылись на ширину бумажника и стали кровожадными, как «Тампакс». Тогда оно твоему босяку так даст, шо он будет иметь вырванные годы из едва оставшихся дней. И будет любоваться с под-низу прекрасной природой кладбища.

— Виолочка, не нужно кладбище! — испугалась я.