— В нехарактерный для него момент уязвимости голос Шейна дрожит."
"Это трогает меня. Приятно видеть, как глубокая любовь к родителям отражается в глазах Шейна. У меня возникает ощущение, что он гораздо более многогранен, чем готов показать. Что он не просто нахальный, раздражающий хоккеист, который хочет затащить меня в постель.
И, конечно же, он тут же портит момент, уставившись на мою грудь.
— Перестань пялиться на мое декольте, — укоряю его.
— Не могу удержаться. Как оно вообще вышло таким большим? У тебя же не такие большие сиськи.
— Нельзя комментировать размер женской груди. Это невежливо.
— Я же не сказал, что они мне не нравятся. Он облизывает губы. — Я не делаю различий. В Линдли Лэнде приветствуются любые формы и размеры.
— Фу. Шейн.
Он просто хихикает. Он неисправим.
Когда ужин заканчивается, начинаются танцы. Зал превращается из спокойного акустического уголка в оживленную вечеринку, группа теперь играет смесь блюза, кантри и соула.
Танцпол, который всегда привлекает внимание, манит меня.
Думаю, поэтому я никогда не чувствую себя не в своей тарелке на вечеринках. Даже на таких, где я почти никого не знаю. Пока в воздухе звучит музыка, а под ногами что-то твердое, я всегда буду чувствовать себя на своем месте.
Я собираюсь поднять Шейна на ноги, чтобы потанцевать, когда его отец неожиданно приглашает меня первым.
— Как насчет этого, Диана? — Райан протягивает руку и улыбается.
— С удовольствием.
Мы присоединяемся к растущей группе людей на танцполе. Отец Шейна обхватывает одной рукой мою талию и крепко держит мою руку другой, и мы начинаем двигаться в ритм быстрой музыки.
Громкая музыка, в сочетании с разговорами и звоном бокалов, затрудняет слышимость, поэтому он приближает лицо к моему уху.
— Ты интересное дополнение, — дразнит он. — Не такая, как остальные.
— Что вы имеете в виду?
Он пожимает плечами и крутит меня, демонстрируя довольно неплохие танцевальные навыки.
— Эй, вы хорошо танцуете, — говорю я, приятно удивленная. — Лучше, чем Шейн. Улыбаясь, я наклоняю голову.
— Не хотите участвовать в соревновании вместо него?
— Абсолютно нет, — весело отвечает он.
Я смеюсь. — Понимаю. Это подходит не всем.
— Я всё ещё не могу поверить, что ты втянула моего сына в это.
— Да, он ведёт себя очень достойно, — неохотно соглашаюсь я. Любопытство продолжает терзать меня. — Что вы имели в виду, когда сказали, что я другая?
Только произнеся это слово другая я чувствую лёгкий приступ неуверенности. Потому что знаю, что он прав.
