Право на счастье (СИ)

 — А я думал, что твое поведение следствие насилия… Выходит все иначе, да, княгиня?!

Катарина замерла, осознавая его слова.

— Теперь давайте рассмотрим ситуацию так, как вижу ее я! — Хассиян поднялся, застегнул брюки, надел рубашку и продолжил. — На допросах леди, которых вы, вероятно, знаете лучше меня, натолкнули на мысль, что королева Шарратаса желает… править единолично. Еще, как я выяснил, Ее Величество предпочитает… собственных фрейлин, но… с некоторых пор питает чувства к бывшей любовнице супруга.

Леди Мертеи очень подробно поведала о чувствах Алиссин, или как вы ее называете? Мой белокурый демон? И возникает вопрос — Зачем Ее Величество прислала собственную фрейлину в Ратасс? Не отвечайте! Ответ поведала леди Вьетени! Противоядие, и вы чрезвычайно успешно справились со своей миссией.

— Вы все неверно поняли… — Катарина поднялась тоже, оправила юбки.

— Вот как? — Хассиян усмехнулся. — Ну так поведайте мне вашу версию. Кати хмуро взглянула на него, и произнесла:

— Я действительно прибыла в Ратасс с целью получить противоядие… Я чрезмерно многим обязана королеве, чтобы остаться безучастной к ее возможной гибели.

И я слишком сильно ненавижу Дариана, чтобы позволить ему править в Шарратасе. Он… многое у меня отнял, от единственного человека которого я любила, до… до меня самой.

Ян, сдерживая довольную усмешку, молчал, ожидая продолжения ее монолога. Провокация оказалась более чем успешной. Вино, обвинения, обстановка и ее состояние способствовали излишней откровенности.

И Кати действительно заговорила:

— Мне было пятнадцать, когда угрожая казнью брата, Дариан вынудил стать своей любовницей. И это было так больно… я истекала кровью несколько дней… И мне приходилось лгать и скрывать свой позор, и тогда там, я так надеялась на спасительную смерть. Но Дариан не был готов лишиться новой игрушки и благодаря его стараниями я встала с постели. Но благодарности я не испытываю ни мгновения! Одного раза ему было мало и используя тайный ход, его высочество приходил каждую ночь… — Катарина вздрогнула, но слова продолжали рваться из души, словно она выплескивала всю свою боль.

 — Единственный человек, который стал важен для меня, несмотря на все отчаяние моего положения, герцог Виарта Ларише, был убит… Дариан не оставил сомнений ни в личности убийцы, ни в причине убийства… Я приняла и этот удар, решив провести остаток своих дней в монастыре.