Право на страсть (СИ)

Вошел в квартиру Русланы, Игнат исчез, закрыл входную дверь на замок, оставив нас наедине.

Я рассчитывал на скандал, рукоприкладство со стороны Русланы, даже на истерику, тихую или невыносимо громкую.

Но совершенно не был готов к потухшему взгляду и пепельно-бледной коже. На съемках, сделанных скрытой камерой, она выглядела совсем иначе. Не такой разбитой и раздавленной.

Руслана не плакала. Кажется, она даже не заметила меня. Сидела в кресле, не разрешая включать свет. Но даже в полумраке я видел каждую черточку ее лица.

Подошел, сел рядом, перехватил ледяные ладони, попытался их согреть.

— Ты зря приехал, Прохор.

Руслана не только выглядела, как механическая кукла, но еще и говорила так же. Неестественно спокойный голос. Неживой.

Захотелось встряхнуть девчонку. Пусть плачет. Пусть кричит. Пусть дерется. Только не вот так, словно она сама умерла.

Она сопротивлялась, но я перехватил ее руки и прижал к себе. Усадил на свои колени, прижал голову к груди.

— Твой отец жив, Руся, — произнес я. — Прости, мне пришлось заставить тебя пройти через этот ужас.

Я не ожидал, что Руслана начнет хохотать. Безумно, до слез, накручивая мою рубашку на тонкие ледяные пальцы, вцепившись в меня словно утопающий.

— Тише, тише, Русенька, — шептал я. И у моей ледяной девочки могут сдать нервы. Это нормально. Ведь она живая.

— Какой же ты кретин, Реми, — всхлипнула она. — Я так и знала, что нельзя доверять тебе! Ненавижу тебя!

Ее слезы говорили о многом. Пусть она и хочет казаться неприступной принцессой, но внутри живет робкая девчонка.

— И что дальше? Ждем, когда Неверский явится и оттрахает меня в свое удовольствие? Какой пункт следующий в вашем грандиозном плане, Прохор Тимофеевич? — уже громче говорила Руслана и пыталась выбраться из моих рук. — Возможно, ты удивишься, Реми! Не только вам, мужикам, под силу вести тонкую игру! Я сама разберусь с Владом!

— Руся, угомонись, — пробормотал я, не выпуская девушку, а лишь усиливая хватку.

— Да пошел ты! Вали в свою Европу! Ты мне не нужен, понял?! — кричала она.

— Зато ты нужна мне, — твердо произнес я.

— Не-на-ви-жу! — по слогам отчеканила Руслана, окатывая меня взглядом, полным презрения, злости и той самой ненависти, о которой говорила.

— Это пройдет, Русенька, — кивнул я.

— Придурок! — шипела она.

— В мире нет идеальных людей, — парировал я.

— Самовлюбленный эгоист! — выкрикнула Руслана, пытаясь ударить меня ладонями. Но размаха не хватало, удар вышел смазанным.