Право первой ночи

Да и за приливом всегда следует отлив. Надо просто переждать…

«Не паниковать! Не паниковать! — как заведенная мысленно твердила я. — Он обещал! Он вытащит меня!»

Я никогда не доверяла Шейрану, вот только сейчас вера — все, что у меня оставалось.

Да и потом, вернуться назад воздуха мне, скорее всего, тоже не хватит. Нет гарантии, что коридор уже полностью не затопило. Шейран Ферт — мой единственный шанс.

Легкие горели огнем. Безумно хотелось открыть рот, сделать хотя бы один глоток… И уже не важно чего — воздуха, воды… Лишь бы эта пытка прекратилась.

«Не паниковать!»

Сдаться, расписаться в собственном бессилии — все равно что умереть. Сдаться проще всего.

Перед глазами потемнело. То ли медальон Ферта погас, то ли я начала терять сознание… И тут мы наконец вынырнули.

Я не видела ничего вокруг, не соображала, что происходит. Я жадно, глубоко дышала. Сырой затхлый воздух подземелий казался живительным эликсиром.

Ферт вытащил меня на берег. Уложил на холодные камни.

— Алана, ты молодец! Не верил, что ты справишься.

— Ты меня… слишком… плохо… знаешь…

— Похоже на то, — усмехнулся мужчина. — Раз за разом тебе удается меня удивлять. Алана, ты невероятная девушка.

Я промолчала. Говорить не было сил.

Немного отдышавшись, приподнялась на локтях. С удивлением начала рассматривать пещеру, в которой мы оказались.

Шейран и я сидели на старых раскрошившихся ступенях, которые уходили в воду. По бокам от нас высились огромные, в два обхвата толщиной, колонны.

— Где… мы?..

— Если бы я знал, — вздохнул Ферт. — Карта наше затянувшееся купание не пережила. К тому же на ней нанесена только часть подземелий. Не припомню, чтобы там была отмечена столь большая пещера.

— Все-таки заблудились… — нервно хихикнула я.

Меня начала бить дрожь от пережитого стресса, от холода. Ноги и руки закоченели.

Обувь я потеряла. Ферт тоже был без сапог. А вот меч он сохранил. Я не заметила, когда и как виконт пристроил клинок с ножнами себе за спину.

Шейран стянул мокрую куртку и рубашку. Выжал их и разложил сушиться на камнях. Затем спустился по лестнице чуть ниже, устроился у моих ног и принялся растирать мои заледеневшие ступни.

— Что ты делаешь?.. — Я попыталась отдернуть ноги.