Я подхватываю чашечку. Подношу к губам, и Афинка неодобрительно качает головой. Я что-то делаю не так.
— Мизинец, — шепчет Герман, подавшись в мою сторону. — Дело в мизинце.
Я замираю. Его шепот обжигает шею. Медленно поворачиваю к нему лицо, и он, совершенно не смутившись того, что он слишком близко, тихо говорит:
— Вот так.
Оттопыривает мизинец.
Ненавижу его. Ненавижу. И эта ненависть родилась из любви, и ночью обратится в густую тоску.
— Поняла, — отвечаю и оттопыриваю мизинец. — Какие у вас тут строгие правила.
— Как же быть на чайной церемонии без правил?
Отвожу взгляд и делаю “глоток” жасминового чая с волосами единорога:
— Мммм, — тяну я. — Какой изысканный вкус.
Я не хочу быть разведенкой.
Я бы не отказалась от роли вдовы. У вдов есть преимущество. Их не сжирает ревность и обида.
— У единорогов определенно есть малиновый привкус, — хмыкает Герман, глотнув воображаемого чая.
Афинка опять смеется.
— Ты же со мной согласна? — шутливо спрашивает меня Герман. — Есть что-то малиновое.
Ждут ли Афинку чайные церемонии с его новой любовью? Может, моя дочь однажды скажет мне, что со мной совсем неинтересно играть, а вот с Дианой — очень. Она смешная, живая и знает, какие единороги на вкус.
— Может быть, — неопределенно отвечаю и оставляю чашечку.
Игры играми, но они лишь оттягивают момент истины."
"— Борька сегодня едет с папой, — смотрю на Афинку, и к горлу подступает ком. Я сейчас в очередной раз напугаю Афинку и сделаю ей очень больно. — Он съезжает… Борька теперь будет жить с папой.
Глава 23. Папа не соревнуется
С замершим сердцем жду визгов на спине перевернутый столик, но Афинка подносит игрушечную чашечку к губам и деловито говорит:
— Я знаю, что Боря сегодня к папе, — причмокивает и сглатывает, будто действительно пьет, — папа сказал.
Настороженно кошусь на Германа.
Да как же так, блин?
Папе не светит никаких истерик, да? Он у нас особенный.
— Что еще папа сказал?
— Папа сказал, — Герман разворачивается ко мне, — во-первых, что у нас с Борей важное задание.
Подготовить отдельную спальню для маленькой принцессы.
Это я сейчас переверну стол. Хитрый мудак. И как ему удается? Как, блин?!
Он вечно на шаг впереди меня.
— Ведь маленькая принцесса уже подросла, — с улыбкой говорит Герман, — и готова к папе в гости заглянуть. Если понравится в гостях, то может и остаться, поэтому Боря и папа постараются сделать красивую спаленку для принцессы.
У меня глаз дергается. Афинка важно кивает.
