— Вот модельки — тупой народ. Вы же ни на что не годитесь, только ноги раздвигать.
Тянет свои лапы к моей груди, но я прикрываю ее руками, потому что там спрятан телефон. Тогда Багиров хватает меня за бедра и трется пахом о мою ногу.
У меня от ужаса перед глазами двоится. Как же мерзко. Чувство безысходности накрывает меня с головой, но я все еще отчаянно пытаюсь выкарабкаться из него.
— Мы будем заниматься сексом прямо здесь? — спрашиваю, когда Багиров жадно целует мое согнутое колено.
— Сначала здесь, потом наверху.
Где захочу, там и будем. Не тебе решать.
Мазнув влажными губами по моей коже, наваливается на меня сверху и хочет поцеловать, но я отворачиваю лицо.
— Мне нужно в уборную, — извиваюсь под его тяжелой тушей.
— Зачем?
— Я выпила много вина.
— Да нихуя ты не пила! — злится он.
— Иначе не вытерплю.
— Как же ты достала… — хрипит Багиров, медленно отстраняясь. — Весь вечер, блядь, портишь.
Кое-как встаю с дивана и на ватных ногах плетусь уже знакомым маршрутом.
Мирон так и не приехал за мной… Времени прошло уже достаточно.
От понимания, что помощи не будет и меня скоро изнасилует Багиров, хочется завыть в голос. Я стискиваю зубы и до боли вонзаю ногти в ладони. Нет. Нет… нет! Только не это. Я не представляю, как после такого жить!
Когда я шла первый раз в уборную, то заметила в конце коридора окно. Оно обычное, пластиковое. Но несколько часов назад я не решилась, а теперь другого выхода не остается.
На всякий случай оглянувшись, я подбегаю к окну, распахиваю створку и прямо в чем есть выпрыгиваю на улицу.
Сжимаю горло и беззвучно ору, когда мои босые ступни погружаются в рыхлый снег.
Очень… просто невыносимо холодно! Но угроза быть изнасилованной гораздо хуже.
Наплевав на холод, бегу к воротам, не чувствуя под собой земли. Толкаю стальную створку и вываливаюсь из двора.
В ушах закладывает, слышу лишь биение собственного сердца. Кожу жжет от холода, но я бегу по улице изо всех сил. Только бы подальше от этого проклятого дома!
Скрывшись за перекрестком, вдруг слепну от яркой вспышки света.
Я прикрываю лицо руками, кажется, кричу «помогите!», но продолжаю бежать чисто на инстинктах. Вспышка гаснет, а я, ослепленная ею, бегу в кромешную темноту.
А потом кто-то сильный обхватывает меня под грудью и открывает от земли. Я ору от страха, пинаюсь, но меня все равно тащат куда-то.
Прихожу немного в себя, когда в машине, куда меня посадили, включается свет.
