Предательство

они занимаются спортом.

— Ты ведь просто так не забудешь? — спросил он раздраженным тоном.

— То, что ты избиваешь людей за деньги? — Я с сарказмом выстрелила в ответ. — Нет... боюсь, что нет.

Я не была уверена, хочу ли я ударить его или броситься на него, а воспоминание о том, как он меня поцеловал, мало успокаивало мои расшатанные нервы. С ним мне нужно было быть начеку. Я знала это, теперь оставалось только заставить свое тело понять. — Значит, так все и будет между нами? — спросил он ровным тоном.— Плохо?

— Похоже на то, — ответила я.

— Отлично. — Ноа потянул за бретельку моего спортивного бюстгальтера и позволил ему снова защелкнуться на моей коже. — Так ты занимаешься или идешь на работу?

— Знаешь что, к черту все это. — Я собиралась либо закричать, либо расплакаться от злости. Подозревая последнее, я приняла решение. Я протиснулась мимо Ноа и хлопнула рукой по кнопочной панели.

— Оставь свой чертов спортзал. Я ухожу.

— Перестань нажимать, — огрызнулся Ноа. — Он уже двигается. Тиган, остановись, иначе мы застрянем…

— Нет, — прорычала я, нажимая на все кнопки только для того, чтобы вывести его из себя.

— Тиган, — предупредил Ноа, придвигаясь ко мне и пытаясь отвести мою руку от кнопок. — Ты его сломаешь. Ноа не успел договорить, как лифт внезапно тряхнуло, и я прижалась к нему.

Через несколько секунд все потемнело, и мне не понадобился толчок, чтобы прижаться к Ноа; я уже висела на его теле.

— Ты ни черта не слушаешь, что тебе говорят, — прорычал он, обхватывая меня за талию. — Я же, черт возьми, говорил тебе не давить на них всех сразу.

— Заткнись, Ноа, — шипела я, обвиваясь вокруг него, как плющ, и сжимая его шею изо всех сил. — Это твоя вина.

— Моя? — возмущенно потребовал он, сжимая руками мои бедра, которые в данный момент были вокруг его талии, и прижимая меня к себе еще крепче. — Пожалуйста, скажи мне, как ты пришла к такому выводу, если это ты насиловала чертову кнопочную панель? — Ты трогал мой топ, — взволнованно проговорила я.

— Ты схватила меня за член в первый же день в школе, — сердито ответил он. — К чему ты клонишь? И кроме того, я трогал не только твой лифчик, Торн.

— Тебе не следовало говорить о том, чем ты собираешься заниматься, — в ярости ответила я. — Ты задел мои чувства. — О, мне жаль. — Его тон был весьма язвительным. — Если ты такая чертовски чувствительная, то позаботься о себе сама.