Предательство

— Ты когда—нибудь боялась Тиган, по—настоящему боялась своих родителей? Тебе когда—нибудь было холодно или ты испытывала абсолютную гребаную агонию, которую вызывает голод?

— Нет, — тихо ответила я.

— Нет, — усмехнулся он. — Конечно, нет. Такая хорошая девочка, как ты, и понятия не имеет...

— Так вот где твоя мама? — нервно спросила я. — Лечится?

— Да, она лечится, — насмешливо проговорил он. — Джордж сейчас занимается бог знает чем, трахается бог знает с кем, и Элли, вероятно, следует его примеру. Тебе достаточно информации, Тиган, или ты хочешь узнать еще что—нибудь, чтобы высмеять меня и говорить со мной свысока, как с куском дерьма?

— Не знаю, почему я так сказала о твоем отце, — призналась я, уткнувшись лицом в колени.

Я плохо переносила темноту. А еще я не очень хорошо чувствовала себя в закрытых помещениях. Я была в двух секундах от того, чтобы испытать мать всех панических атак. — Я знаю, — пробормотал он. — Ты сказала это, потому что ты бессердечная сука, которой нравится причинять мне боль.

— Нет, мне не нравится причинять тебе боль, — тихо прошептала я, уткнувшись лицом в колени. — Прости меня за то, что я сказала о твоем отце, — задыхалась я. — У меня есть склонность срываться, когда я волнуюсь.

Мое горло словно сжалось, и я искренне пыталась остановить то, что, как я знала, последует дальше. Как только первый всхлип вырвался из моего горла, я почувствовала, как на меня накатывает волна горечи. Я не умела плакать, и мне было неприятно, что Ноа видит мою слабость.

— Черт возьми, Тиган, не плачь, — донесся сквозь темноту голос Ноа.

Я услышала его тяжелый вздох, и это разозлило меня еще больше.

— Я не плачу, — сквозь стиснутые зубы выдавила я, обхватив ноги руками и уткнувшись головой в колени. — Я сейчас справляюсь совсем с другим.

— Что? — услышала я его вопрос откуда—то издалека. Рука обхватила мое плечо. — В чем дело, Торн?

Одному Богу известно, почему я сказала то, что сказала дальше.

— Когда мне было четырнадцать, я попала в автокатастрофу, — призналась я, чувствуя себя немного глупо из-за того, что раскрываюсь перед парнем, который может раздавить меня своим детским пальчиком.

Я тяжело выдохнула и позволила ему притянуть меня ближе к себе. — Машина, в которой я ехала, врезалась в дерево и перевернулась в кювет. В итоге я оказалась заперта в этой машине на всю ночь.

Я открывалась Ноа Мессина, мальчику, который пугал меня до беспредела.

Мальчику, чья сестра превратила мою жизнь в ад ради удовольствия.